Материал из книги «Шаббат. Осенние праздники», том 1 антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Рош ха-Шана – небесный суд над человеком
Праздник Рош ха-Шана – день суда. В этот день каждый человек предстает перед Творцом с итогом всего, что он сделал за прошедший год, и получает приговор обо всем, что будет с ним в новом году. Слова «от начала года до конца года» Талмуд толкует так: с начала года небесный суд постанавливает все, что будет до конца года. Вторая мишна трактата «Рош ха-Шана» говорит: «Мир судится по четырем подразделениям. В Песах – по поводу урожая зерна. В Ацерет (в Торе этим термином может быть обозначен любой праздник, но на языке Талмуда так называется только праздник Шавуот) – по поводу фруктов. В Рош ха-Шана – все пришедшие в мир проходят перед Ним как бней марон, как сказано: «Создавший разом их сердца, понимающий все их дела» (Пс. 33:15). И в Хаг (на языке Мишны это Суккот) судимы по поводу воды». К моменту, когда поспевает зерно, небесный суд выносит решение о том, что будет с урожаем зерна. В Шавуот, когда начинают поспевать фрукты – по поводу фруктов. В Суккот, когда мы находимся на пороге сезона дождей, выносится решение о водоснабжении. В Рош ха-Шана каждый, пришедший в мир, проходит перед Ним. Все они проходят как бней марон. Есть несколько объяснений этого выражения. Самое простое объяснение – проходят, как бараны, которых хозяин прогоняет через узкий проход и каждого десятого помечает краской, отделяя десятину скота. Другое объяснение – что это отборные царские войска, где каждый – на виду. [Наверное, Мишна использует это неоднозначное понятие бней марон не случайно. Возможно, с самого начала этой темы о начале года мудрецы хотят намекнуть нам, что есть очень глубокая связь между самым вознесенным положением царской гвардии и самым скромным состоянием стада баранов!]
Кого же судят? В приведенной выше второй мишне трактата сказано, что в Рош ха-Шана перед небесным судом предстают все люди и все народы. Почему же тогда в Псалме говорится (и мудрецы относят это именно к дню Рош ха-Шана): «Ибо это – устав для Израиля…» (Пс. 81:5). Ответ таков: судят всех, но начинают с Израиля, который выступает полномочным представителем всех народов. Поэтому его и судят первым, и он полномочен провозглашать Творца царем над всеми народами. Так что на вопрос, что же представляет собой день Рош ха-Шана – еврейский новый год или всечеловеческое начало, – логично ответить, что это естественное начало года для всего человечества, но празднует его только Израиль. Это та ситуация, в которой народу Израиля поручено выступать представителем всех народов Земли. Талмуд (32б) приводит такой аггадический эпизод. Ангелы выступают с обвинением против народа Израиля и говорят: «Владыка мира! Почему они не произносят хвалебной песни Тебе в Рош хаШана и Иом-Киппур?» (Раз это праздники, положено читать в них Халлел – хвалебный раздел книги Псалмов, а в эти два праздника он не читается). На это Всевышний отвечает им: «Царь восседает на престоле суда, и книги живых и книги мертвых раскрыты перед Ним, а Израиль будет произносить хвалебную песнь?!». Что такое книги живых и книги мертвых? Обычно понимают это как книги, в которые заносят тех, кого приговорили, соответственно, к жизни или к смерти в будущем году. Есть другое понимание: это списки тех, кто, соответственно, жив или мертв на момент суда. Спрашивается: за что судить мертвого? После смерти он уже предстал перед окончательным судом и получил приговор за все, что сделал в своей жизни, а с тех пор он ничего уже сделать не мог! Рав Ицхак Ламперонти (1679, Феррара – 1756, там же) в своей классической книге «Пахад Ицхак» отвечает на этот вопрос. Он говорит: «В Рош ха-Шана перед судом предстают не только живые, но и умершие. Каждый год заново взвешиваются их заслуги и провинности. Хотя сам он ничего после своей смерти уже не делал, но дела его, сделанные при жизни, продолжают оказывать влияние на то, что происходит в мире, – через его потомков, учеников и вообще всех, кто научился у него чему-нибудь хорошему или дурному». [Если вдуматься, из этого следует пугающая мера человеческой ответственности. Получается, что мое поведение влияет на судьбу не только мою и моих потомков, но даже на то, что будет с моими предками, в зависимости от того, во что я претворил все, что мне от них досталось.] Какие решения принимает суд? В Талмуде (16б) говорится: Сказал рабби Круспедай от имени рабби Иоханана: «Три книги открываются в Рош ха-Шана: книга совершенных праведников, книга законченных грешников и книга «средних». Совершенным праведникам немедленно даруется жизнь, и решение суда запечатывается. Законченным грешникам сразу же выносится и утверждается смертный приговор. А «средние» остаются в «подвешенном» состоянии от Рош ха-Шана до ИомКиппура: если удостоятся – будут записаны к жизни; не удостоятся – будут записаны к смерти». Приведенные слова принадлежат к числу самых распространенных высказываний о суде в Рош ха-Шана, и, по-видимому, они приняты мудрецами всех поколений. Но надо признаться, что невозможно понимать их буквально. Как было бы справедливо и превосходно, если бы праведные все процветали, наслаждаясь жизнью, а злодеи погибали бы в своем злодействе! Но в жизни мы сплошь и рядом наблюдаем обратную картину. Как говорит один из мудрецов (Авот 4:15): «Нам не дано [постичь] ни благоденствия злодеев, ни страданий праведников». В существующих толкованиях приведенного высказывания есть два принципиально различающихся подхода к вопросу, о чем выносит решение небесный суд. Мнение Тосафот: «Поскольку [рабби Круспедай] перечисляет и «средних», – то это значит, что праведниками он называет тех, у кого преобладают заслуги, а злодеями – тех, у кого преобладают преступления. Но иногда праведников приговаривают к смерти, а полных злодеев – к жизни. <…> И праведник может выглядеть как полный злодей, и наоборот. В чем причина этого? Часто бывает так, что праведный (в целом) человек совершил что-либо нехорошее. Он заслуживает доли в грядущем мире, но в этом мире должен понести наказание за то, в чем провинился. И наоборот, злодей, приговоренный к лишению доли в грядущем мире, мог совершить что-нибудь хорошее и должен получить за это награду в этом мире». Тосафот приходят к следующему выводу. То, что у р. Круспедая называется, соответственно, смертью, к которой приговаривают злодеев, и жизнью, к которой приговаривают праведников, – относится к жизни в грядущем мире. Итак, по их мнению, в Рош ха-Шана небесный суд принимает решение о том, заслуживает ли подсудимый доли в грядущем мире или нет. Решение принимается на основе «счета» на текущий момент – преобладают ли на счету человека хорошие или дурные поступки. Развивая дальше этот подход, необходимо сказать, что это решение не может быть окончательным – пока человек жив, оно должно приниматься ежегодно, ибо от него зависит постановление о том, что будет с ним в ближайшем году в этом мире. По мнению Рамбана, изложенному и подкрепленному убедительными аргументами в его знаменитой драше, суд в Рош ха-Шана касается только жизни в этом мире, а все, что касается доли в грядущем после смерти, решается Божественным судом, происходящим в другие моменты. Рамбан пишет следующее: «Всякий, кого оправдали на суде (конкретном), называется ”полным праведником“, полностью оправданным (он оправдан благодаря определенной заслуге, хотя не чист от греха). Всякий, кто признан виновным в его судебном деле, называется ”полным преступником“, полностью обвиненным. Находящийся в состоянии равновесия (у кого заслуги уравновешены грехами) называется средним. Например, человек преступный во всех отношениях – поклонялся идолам, занимался кровосмешением и кровопролитием, но исполнил одну-единственную заповедь, и по суду Пресвятого ему положено вознаграждение за нее в этом мире, чтобы ему прожить этот год. В таком случае он называется ”полным праведником“, потому что он на суде оправдан и ему жить.» Таким образом, все записанные в книгу живых, кто удостоился жить до следующего Новолетия, – все они «полные праведники», полностью оправданные в своем судебном деле, а записанные в книгу мертвых, кому умереть в этом году, являются полностью обвиненными. И так (следует понимать) сказанное в Торе: «И оправдают правого и обвинят виновного» (Втор. 25:1) – правого и виновного в этом судебном деле; «чистого и правого не убей» (Исх. 23:7). При этом называемое «жизнью» и «смертью» нужно понимать не в узком смысле, но под «жизнью» подразумеваются все блага вообще, а под «смертью» – все беды вообще. Итак, Новолетие представляет собой Судный день для этого мира, а пора смерти человека – Судный день для него и его души, что касается мира душ (т.е. жизни после жизни в этом мире). И все поступки его проходят пред его Творцом, и решается, удостоится ли его душа сада Эденского или будет обречена на муки бесчисленные… И, значит, имеется Судный день для тела и другой Судный день для души. И есть, кроме того, еще один Судный день для обоих, для тела и для души, о котором говорят пророки. К этому относится сказанное: «Вот наступает день, пылающий, словно печь, и станут все злоумышленники и все злодеи соломой, и спалит их тот день грядущий» (Малахия 3:19). И сказано: «Вот Я посылаю вам Илию-пророка пред наступлением дня Господнего, великого и страшного…» (там же 23). Этот день будет в начале восстания из мертвых, и он называется Великим судным днем. В ту пору все, когда-либо в мир пришедшие, телом своим и душой предстают пред судом, где решается, достоин ли каждый восстать из мертвых и обрести благо телесное и душевное на все времена грядущие, или же будет признан виновным, и ему оставаться в преисподней…». При попытке найти решение спора Тосафот и Рамбана по поводу высказывания рабби Круспедая, мы сталкиваемся с еще одной трудностью. Сами слова рабби Круспедая, по-видимому, вступают в противоречие с мнением, с которым, судя по высказываниям (барайтам), приведенным в Гемаре (16а), согласны все мудрецы Мишны: «Человека судят в Рош ха-Шана, и печать на приговоре ставится в ИомКиппур». Надо понимать так, что это относится ко всем типам людей, а не только к средним. То же самое мы произносим в молитве, в отрывке «Унтанэ токеф»: «В Рош ха-Шана будут записаны, и в день поста Киппура на приговоре будет поставлена печать». Мудрец эпохи амораев рабби Круспедай не может вступать в спор с мудрецами Мишны, если только среди них нет того, кто придерживался бы другого мнения. Есть еще одна проблема. Рабби Круспедай говорит, что средние «будут записаны» в Иом-Киппур, а не в Рош ха-Шана. По его словам, выходит, что праведникам и злодеям и запись, и печать – в Рош ха-Шана, а средним и запись, и печать – в Иом-Киппур. Не остается никого, кому запись делалась бы в Рош ха-Шана, а печать – в Иом-Киппур. Решение отмеченных выше проблем дают Рамхал (рабби Моше Хаим Луццато, 1707, Италия – 1747, Земля Израиля) и Виленский Гаон. Объяснение вкратце таково. Тот приговор, который полным праведникам выносится и скрепляется печатью в Рош ха-Шана, а средним откладывается, – относится к жизни в грядущем мире, и только о нем говорит рабби Круспедай. А мишна (о четырех днях суда) и все приводимые в связи с ней барайты заняты судом о жизни в этом мире на ближайший год, и в этом отношении все равны: суд – в Рош ха-Шана, а печать ставится только в Иом-Киппур. Этот двойственный характер суда в Рош ха-Шана очень отчетливо проявляется в тех вставках, которые мы делаем в наших молитвах в 10 дней тшувы. В начальных благословениях молитвы «Шмоне-эсре» мы просим быть записанными в книгу жизни, а в заключительных – в книгу хорошей жизни. Первая просьба относится к доле в грядущем мире, а последняя – к жизни в этом мире. Спор о том, что решает небесный суд в Рош ха-Шана, кажется чисто умозрительным, ведь вникнуть в тайны Небесного Управления нам все равно не дано. Зависит ли от ответа на этот вопрос какая-либо галаха? Оказывается – да. В галахическом кодексе «Шулхан Арух» (Орах хаим, гл. 582) обсуждается вопрос о том, как нужно приветствовать друг друга в Рош ха-Шана. Рабби Моше Иссерлес пишет: «Принято желать друг другу: будь записан на хороший год». Один из основных комментаторов этого раздела Шулхан Аруха, «Маген Авраам», придерживается другого мнения – что желать надо не только хорошей записи, но и печати. «Так правильно, – пишет он, – поскольку таким пожеланием человек покажет, что считает [того, к кому обращается] полным праведником, приговор которому не только выносится, но и скрепляется печатью в тот же день». По установившемуся обычаю мы следуем мнению «Маген Авраам». Пожелание немедленной записи и печати относится к доле в грядущем мире, а к приговору о жизни в этом мире имеет отношение только запись, т.к. печать для всех – впереди. Некогда был распространен обычай желать: «Да будет вам немедленно запись и печать к хорошей жизни». Это пожелание содержит внутреннее противоречие, поскольку «хорошая жизнь» относится к этому миру, и печать об этом для всех ставится только в Иом-Киппур.
Рош ха-Шана – «начало Твоих дел» Почему именно в Рош ха-Шана происходит суд над человеком? Мы ведь видели, что есть еще три дня суда, но время каждого из них очень естественно. А есть ли естественное время для суда над человеком? И если уж этот суд происходит, когда бы он ни происходил, то почему об этом не сказано просто, подобно тому, как описаны в Мишне остальные три дня суда: «В Рош ха-Шана – (суд) над человеком»? И еще одно принципиальное отличие: в связи с судом по поводу урожая зерна или фруктов нас не призывают делать тшуву (т.е. исправлять свое поведение, демонстрировать деятельное раскаяние), а с Рош ха-Шана начинаются десять дней тшувы. Какими особенностями отмечено начало месяца тишрей?
В молитвах Рош ха-Шана (а мы довольно много времени проводим в молитвах в этот день и в последующие дни тшувы) мы говорим: «Этот день – начало Твоих дел». Говорится в Талмуде (27а): «Сказал рав Шмуэль бар Ицхак: согласно чьему мнению мы говорим сегодня в молитве: это день начала Твоих дел, память о первом дне?». Если Гемара спрашивает: «По чьему мнению?», – понятно, что есть разные мнения. И на это такой ответ: «Это – по мнению рабби Элиэзера, который сказал, что в тишрей сотворен мир». (Под сотворением мира здесь подразумевается не первый день творения, а шестой. Мы к этому вернемся ниже.) Это известный спор, к которому Гемара обращается неоднократно. Рабби Элиэзер сказал, что мир сотворен в тишрей, а рабби Иехошуа сказал, что мир сотворен в нисане. Каждый из них приводит в пользу своего мнения веские доводы, и Талмуд не сообщает нам, чье мнение принято в качестве Галахи. Но в молитве мы говорим, что это первый день, «начало Твоих дел». Значит, мы говорим, как рабби Элиэзер. Употребленное здесь выражение «мы так говорим» обладает очень большой значимостью. Оно не выражает мнение говорящего, а свидетельствует о реально принятой практике. Значит, мнение рабби Элиэзера о том, что человек сотворен в тишрей, является общепринятой основой, отраженной в молитвах Рош ха-Шана. Рамбан категорически утверждает, что мнение рабби Элиэзера принято всеми.
Но, с другой стороны, известно, что для расчета солнечных сезонов мудрецы приняли точку зрения рабби Иехошуа: что человек сотворен в месяц нисан. Тосафот рассматривают проблему этого нерешенного спора и решают ее так. Кто же прав: рабби Элиэзер или рабби Иехошуа? Оба правы. И то, и другое – слова живого Бога. Как это может быть? А вот как.
В тишрей было задумано сотворить человека, но сотворен он был только в нисане. Теперь понять, почему в Рош ха-Шана начинается суд над человеком, очень легко, если следовать мнению рабби Элиэзера. (Мы обычно так и объясняем). Человек в этот день был сотворен. Талмуд по часам описывает этот первый день человека. В этот день он получил первую заповедь. В этот день он ее нарушил. Был судим. Получил милосердный приговор, и тем самым этот день раскрыл свой характер как день милосердного суда над человеком. Это – по мнению рабби Элиэзера. Но, по мнению рабби Иехошуа, ничего подобного не происходило. Человек не был создан в этот день. Он был создан в нисане. Выделен ли чем-нибудь первый день месяца тишрей с его точки зрения? Исходя из принципа, сформулированного нашими мудрецами: «Тора пришла не скрыть, а научить», можно высказать следующее предположение. Каждый день, установленный Торой как праздник, должен был проявить свой характер, свою особую сущность в каком-нибудь событии, произошедшем в ту эпоху, которая описана в Торе, – от сотворения мира до кануна входа евреев в землю Ханаанскую. Это событие должно быть либо явно записанным в самой Торе, либо общеизвестным благодаря устной традиции. Рабби Элиэзер указал такое событие – сотворение человека. Если бы в концепции рабби Иехошуа мы такого события не обнаружили, это было бы, на наш взгляд, изъяном, поскольку для каждого из остальных праздников нам такое событие известно. Если мы не видим прецедента в общей истории человечества, обратимся к истории народа Израиля. Он родился с выходом из Египта, дошел до Синая и заключил союз с Богом. На следующий день Моше поднялся на гору, через 40 дней спустился и разбил скрижали 17-го таммуза. После этого 40 дней умолял не истреблять народ, и к концу этих вторых 40 дней добился некоторого смягчения: еще не прощения, а разрешения подняться на гору с вытесанными им скрижалями и начать ходатайство. Эти последние 40 дней начались в рош ходеш элул. 1 тишрей прошли 30 дней от того момента, когда Моше поднялся. Еще остается 10 дней. Но, говорят мудрецы, в Рош ха-Шана наступил важный перелом. Всевышний еще не простил народ, но уже отменил указ об истреблении. А через 10 дней, в Иом-Киппур, народ будет прощен, и Моше придет со вторыми скрижалями. Эти скрижали куда «ниже классом», чем первые, но зато мы их получили. Это большая разница.
Первые скрижали были идеальными, но мы их в целости не смогли получить. Таким образом, и для рабби Иехошуа день 1 тишрей оказывается выделенным в интересующем нас отношении: в этот день начался первый «апелляционный суд» о праве народа Израиля на существование, после того как он совершил грех поклонения золотому тельцу. Предшествующие 70 дней народ был в положении приговоренного к смерти. Интересно отметить здесь поразительную параллель со смертным приговором Адаму («в день, когда поешь от него, смертию умрешь», Быт. 2:17) и его последующим смягчением. Итак, согласно обеим точкам зрения, Рош ха-Шана проявил себя изначально как день милосердного суда над человеком. Только, по мнению рабби Элиэзера, это произошло в начале истории человечества, а по мнению рабби Иехошуа – в начале истории народа Израиля. [Заметим, что если рабби Иехошуа, утверждающий, что человек сотворен в нисане, согласится с тем, что мысль создать человека пришла Творцу в тишрей, то он может согласиться и с тем, что уже тогда происходил суд над человеком. Над каким человеком? Его же нет?! Это – небесный суд, который призван вынести вердикт о том, заслуживает ли человек как таковой права быть допущенным к существованию в этом мире. А этот суд в любом случае должен состояться до создания человека.]
В период от начала месяца элул принято дважды в день читать 27-й псалом. Начинается он словами: «Давиду. Господь – мой свет и мое спасение!». Мидраш (Вайикра Рабба 21:4) толкует: «Свет – в Рош ха-Шана». И в книге Зохар, к словам: «Да будет свет» – это «Рош ха-Шана». Почему свет – это Рош ха-Шана? Одно объяснение связано с тем, что говорится ниже о веселье подсудимых. Представ перед судом Всевышнего, мы удостаиваемся света Его лица и Его личного распоряжения о нас. Другое объяснение связано с кажущейся странностью тшувы в Рош ха-Шана. В этот день мы не только не упоминаем наших грехов, но и извинение перед теми, кого обидели, откладываем до кануна ИомКиппура – вместо того чтобы поторопиться и сделать это в канун Рош ха-Шана. Почему не начать тшуву с полноценного раскаяния в своих прегрешениях? Причина этого в том, что тшува не является внешним, объективным действием; она начинается с изменения взгляда на себя. В молитве Рош ха-Шана мы говорим: «Сегодня зачат мир». Эти слова легко согласовать с мнением рабби Иехошуа, что мир сотворен в нисане. Задуман в тишрей (и это можно описать как зачатие) и сотворен в нисане, что соответствует рождению. Но для позиции рабби Элиэзера – если мир уже сотворен в тишрей, то надо было бы сказать, что мир рожден, а не зачат в этот день? Но надо вспомнить, что под «сотворением мира» здесь подразумевается сотворение человека. Даже по мнению рабби Элиэзера создание тела человека и вдыхание в него души еще не завершают работу «делания человека». Он создан с потенциалом, который надо еще реализовать. А до тех пор человек постоянно находится в двойственном положении: он создан в тот же шестой день, что и животные, и имеет много общего с ними, и требуется напряженная работа сознания для того, чтобы он превратил в реальность заложенный в него «образ Бога». Он должен как бы заново сам себя родить. Наше служение в Рош ха-Шана – начать с природного состояния, в котором мы созданы, и дойти до того, чтобы обратиться лицом к свету Творца, что и означает: предстать перед Его судом. Сказанному соответствует следующая деталь. Обо всех дополнительных праздничных жертвоприношениях (мусафин) Тора говорит «принесете», и только о мусафе Рош ха-Шана – «сделаете». Мудрецы (Иерусалимский Талмуд, Рош ха-Шана 4:8; Вайикра Рабба 30) истолковывают это так: «Я, – говорит Всевышний, –засчитываю вам, словно вы сами сделали себя новым созданием». «Зихрон труа» – день памяти, который является и днем трубления. И в молитве он называется «днем памяти». Рош ха-Шана – день памяти. О чем? О первом дне. В противоположность другому, не природному началу – нисану (когда Творец вмешался), это – природное начало. Здесь начинается естественное течение процессов в природе и в истории других народов. Это объясняет тот факт, что все природные начала (см.: Мишна Рош ха-Шана 1:1) – в Рош ха-Шана. Народ Израиля, подобно человеку вообще, занимает двойственное положение в мире. Имея свое специфическое, «сверхприродное» начало года, мы не отрываемся ни от природного мира, ни от общечеловеческой истории.
Этот материал — часть книги «Шаббат. Осенние праздники». Смотрите также «Вкусы еврейской традиции» и другие пособия антологии.