Материал из книги «Еврейская история» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Трансформация европейского еврейства в начале Нового времени (Илья Лурье)
Евреи в Новое время. Примеры занятий 1. Трансформация европейского еврейства в начале Нового времени времени
Автор: Илья Лурье
Фокусировка темы: Радикальное изменение политической и социальной ситуации в Европе XVI–XVII веков требовало от евреев поиска иных форм взаимодействия с внешним миром. Вызов Нового времени привел к необходимости выработки новых моделей поведения как внутри общины, так и по отношению к государству. Исторические реалии и источники: История Нового времени, правовое положение евреев, идеи свободы и толерантности, Французская революция. К концу Средних веков еврейское общество Центральной и Западной Европы оказалось вытесненными на периферию экономической и социальной жизни. В результате многолетних преследований и укрепления городского сословия, враждебно относящегося к евреям (многие крупные города добились привилегии de non tolerandis Judaeis – права не допускать евреев в свои пределы), последние оказались сосредоточенными в небольших городах и сельской местности. Еврейские общины были полностью зависимы от местных властей – магистратов и феодалов. Основным занятием стала мелкая торговля, главным образом между городом и деревней. Все это вело к определенному упадку еврейской жизни и превращению ее в периферийное явление европейской культуры. В XVII столетии наметились перемены, связанные с общественноэкономическим развитием Европы. Утверждение идей абсолютизма и меркантилизма способствовало заинтересованности властей в еврейской коммерческой и финансовой деятельности. В результате в Центральной Европе получил распространение феномен придворного еврейства и начался процесс восстановления общин в крупных городах. Изменение отношения властей к евреям в этот период основывалось на признании полезности отдельных евреев, как правило, крупных торговцев и финансистов, и не имело универсального характера. Одновременно с этим в результате реформации происходит ослабление власти и влияния церкви. Один из примеров благотворного влияния этого процесса на жизнь евреев – быстро растущая в атмосфере религиозной терпимости и гражданских свобод, характерных для послереволюционной Голландии, амстердамская община. В XVIII веке процесс трансформации охватывает практически всю Западную Европу. Корпоративное феодальное общество, частью которого на протяжении многих веков была традиционная еврейская община, уступает место централизованным национальным государствам с развитой правовой и социальной системой. Все эти изменения предполагали драматические изменения в жизни еврейских общин – их модернизацию и интеграцию в окружающем мире и вместе с тем поиск таких моделей взаимодействия с государством и обществом, которые позволяли бы сохранять еврейскую идентичность в новых условиях. Возможные темы для занятий: •
Место евреев в экономической, политической и культурной жизни Западной Европы в XVI–XVIII веках.
Из жизни римского гетто.
Жизнь евреев Германии конца XVII – начала XVIII веков в мемуарах Глюкель из Гамельна.
Евреи и Французская революция.
Сефардская община Голландии в новой европейской истории.
Роль евреев в освоении Нового Света.
Придворные евреи.
Формы проведения занятия: лекция, беседа, диспут, игра. Включение в общинные мероприятия: лекторий, молодежные мероприятия.
Пример проведения занятия Сефардская община Голландии в новой исторической и культурной ситуации В результате национально-освободительной войны против Испании 1566– 1609 годов в Голландии образовалась протестантская республика. Новые власти поощряли миграцию евреев, что привело к формированию значительной еврейской общины, главным образом состоявшей из испанских и португальских евреев. Толерантное отношение к евреям со стороны властей позволило марранам, подвергавшимся преследованиям в Испании и Португалии, обосноваться в Амстердаме и вернуться в лоно иудаизма. Община возникла в новом месте, поэтому она не являлась носителем старой локальной традиции и формировалась под влиянием современных реалий. Голландские евреи занимают важное место в обществе, играют существенную роль в международной торговле. Двадцать пять процентов акций ВестИндской компании находились в руках евреев. Такие факторы, как наличие тесных связей и контактов с марранами Иберийского полуострова, а также опыт в экономической и финансовой деятельности способствовали развитию еврейской торговли. Многие представители голландской общины были марранами или их потомками. Они выросли в Португалии или Испании как христиане, в христианском окружении, некоторые из них учились в христианских институтах (церковных школах, университетах и даже семинариях). Их духовный мир оформился за пределами общины и традиции, в прямом контакте с христианскими философскими и теологическими источниками, с христианским обществом. Их отношение к иудаизму было амбивалентным. С одной стороны, марраны пронесли сквозь гонения приверженность к еврейской религии, втайне, с риском для жизни соблюдая определенные обряды и традиции. С другой – для них характерно не органичное, от поколения к поколению, развитие традиции, а реконструкция иудаизма, зачастую с использованием почерпнутых в христианской культуре образцов. Например, амстердамская иешива «Эц Хаим» напоминала по своей структуре иезуитский колледж, и в ее программу входили светские предметы. Иудаизм, сформированный таким образом, явился продуктом осознанного творческого процесса и не обладал традиционной тотальностью. Иудаизм – религия, но и только: за его рамками остаются нейтральные области повседневной и интеллектуальной жизни, которые становятся ареной интенсивных контактов с христианским миром и культурой. В среде испанских и португальских евреев наблюдается пренебрежение некоторыми практическими заповедями, которые зачастую воспринимались лишь как внешние ритуалы, менее важные, чем внутренняя приверженность абстрактной вере.
Примеры
С этой системой взглядов связана и проблема особой этнокультурной самоидентификации: стремясь подчеркнуть свое отличие от других еврейских общин, португальские евреи Амстердама называли себя нацией. Они сознавали уникальность своей судьбы, своего языкового и культурного наследия и стремились сохранить его. Таким образом, открытость в отношении к внешнему миру сочеталась с сепаратизмом внутри еврейского общества в целом. Важно отметить, что эта двойственная идентичность – общая с марранами! – поддерживалась и разветвленными экономическими и семейными связями с закрытыми для евреев странами (Испания, Португалия и колонии). Во время конспиративных визитов в эти страны в рамках своей торговой деятельности амстердамские евреи зачастую выдавали себя за христианских купцов.
Х. Рембрандт. Портрет Менашше бен Исраэля (1636)
Вместе с тем возвращение к еврейским корням способствовало возникновению особого пафоса неофитов, проявлявшегося прежде всего в эстетической возвышенности культа (синагога как духовный центр, служба, чистота, торжественность, особая атмосфера служения) – в параллель протестантской серьезности.
Он родился в Португалии марраном, его христианское имя – Мануэль Диас Суэйру. В возрасте шести лет бежал с родителями в Голандию, где семья вернулась в иудаизм. Интенсивное изучение многообразных областей еврейской традиции и европейской культуры дало обильные плоды.
Двойственное положение голландских евреев отразилось в судьбе их наиболее ярких представителей. Одним из выдающихся лидеров еврейской общины Амстердама являлся рабби Менашше бен Исраэль (1604– 1657).
Начиная с семнадцати лет, Менашше бен Исраэль пишет целый ряд важных сочинений на разных языках, в том числе «Сафа брура», «Микве Исраэль» и другие. Он ведет переписку с видными учеными и политическими деятелями. Менашше бен Исраэль выступает в
Примеры качестве посредника между вернувшимися в лоно иудаизма марранами и раввинистической традицией, между иудаизмом и христианской культурой, защищает основы традиции: богоданность Торы, бессмертие души, тварность мира, мессианство и воскрешение – перед лицом еретических веяний в иудаизме и христианстве. В 1626 году Менашше бен Исраэль открывает первую в Амстердаме еврейскую типографию, где издается множество сочинений на разных языках. Он участвует в Вест-Индской компании, некоторое время живет в Латинской Америке, в 1655 году отправляется с миссией к Кромвелю с ходатайством о допущении евреев в Англию. Свою просьбу он обосновывает как мистическими, так и прагматическими обстоятельствами. Текст 1. Менашше бен Исраэль. О по1 лезности еврейского народа. …еврейский народ, хотя и рассеян по всему миру, вовсе не является презренным народом, но подобен древу, достойному того, чтобы его культивировали по всему миру и принимали в многолюдных городах; в последних же должно высаживать его в самых безопасных местах, ибо сему древу, приносящему вкуснейшие плоды и прибыль, должно всегда создавать самые благоприятные условия посредством законов и привилегий
Евреи в современном мире. История е реев в Новое и Новейшее время: Антология документов / сост. П. Мендес-Флор, И. Рейнхарц. Том I. – Иерусалим-Москва: Гешарим-Мосты культуры, 2003. С.28–34. или исключительных прав, а также следить за его безопасностью и защищать его силою оружия… Во всех этих местах все евреи занимаются торговлей, и это не наносит никакого ущерба местным жителям: потому что местные жители, особенно самые богатые, строят для себя дома и дворцы, покупают земли и [другую] недвижимость, стремятся получать титулы и звания и именно такими путями стараются обрести покой и удовлетворение. Что же до евреев, то они не стремятся ни к чему иному, кроме как к тому, чтобы заниматься на свой лад торговлей; и, используя таким образом свои капиталы, они позволяют извлекать пользу из их трудов многим и самым разным местным жителям, которых они поистине обогащают своей коммерцией. А отсюда легко судить и о той выгоде, которую извлекают государи и республики, предоставляя евреям свободу вероисповедания и заполучая их – посредством предоставления им некоторых особых привилегий – в свои страны: заполучая как деревья, приносящие столь превосходные плоды. Так что ежели один государь, последовав дурному совету, изгоняет их из своей страны, то другой сразу же приглашает к себе и осыпает милостями. И в этом обстоятельстве мы можем усмотреть буквальное исполнение пророчества Иакова: Иаков не лишится своего посоха [для поддержки], покуда не придет Мессия. И этого достаточно, чтобы объяснить полезность еврейского народа…
Примеры
Контрастом по отношению к жизни Менашше бен Исраэля выступает судьба Уриэля Акоста [да Коста] (1585–1640). Он родился в Португалии в семье марранов, отец-католик готовил из него священника. После занятий в семинарии, попыток чтения Библии и религиозных размышлений Акоста бежит в Амстердам, чтобы вернуться в иудаизм. Здесь он сталкивается с формальным иудаизмом. Местная община представляется ему «фарисеями Амстердама» (христианская коннотация этого образа очевидна). Написание сочинения против бессмертия души приводит к конфликту с общиной, аресту, штрафу и бегству в Гамбург. После этого следует возвращение, попытка примирения с общиной. Однако ненадолго. Усомнившись в святости закона Моисея, Акоста оставляет обряды. После этого следуют второе отлучение и семь лет изоляции. В 1640 году Акоста проходит новое покаяние и кончает жизнь самоубийством. Фигурой в какой-то мере промежуточной является знаменитый философ Барух Спиноза (1632–1677). Он родился в Амстердаме в семье португальского маррана, получил великолепное еврейское и европейское образование. Подобно Уриэлю Акоста, Спиноза приходит к целому ряду воззрений, в корне противоречащих и еврейскому, и христианскому учениям того времени. Однако, в отличие от него, Спиноза имел силу и мужество настаивать на своих взглядах. Его сочинения, написанные на латыни и голландском языке и выходившие главным образом анонимно, произвели настоящую революцию в интеллектуальной истории Европы. Все попытки найти общий язык с еврейской общиной Амстердама не привели к успеху. В 1656 году Спиноза подвергается херему. Однако и отлученный от общины, он продолжает интенсивную научную и литературную деятельность. Текст 2. Сефардская община Амстердама. Фрагмент из постановления об отлучении от еврейской общины Ба2 руха Спинозы (27 июля 1656 года) Сеньоры Маамада сообщают, что они давно уже знают о ложных мнениях и неправильном поведении Баруха д’Эспинозы и пытались использовать различные средства и увещевания, дабы отвратить его от его порочных путей. Но поскольку они не добились никакого улучшения, а, напротив, получали с каждым днем все больше известий об ужасающих ересях, которым он подвержен и которым учил, и о чудовищных деяниях, которые он совершал, и поскольку они располагали многими надежными свидетелями, которые в присутствии того же Эспинозы докладывали и свидетельствовали против него и обвиняли его; то, когда всё сие было расследовано в присут2
Цит. по: Die Lebensgeschichte Spinoza’s in Quellenschriften, Urkunden und nichtamtlichen Nachrichten / Freudenthal J. – Leipzig: Veit & Co., 1899. S.114–116. См.: Евреи в современном мире. История евреев в Новое и Новейшее время: Антология документов / сост. П. Мендес-Флор, И. Рейнхарц. Том I. – Иерусалим-Москва: Гешарим; Мосты культуры, 2003. С. 117–118.
Примеры ствии господ хахамов (раввинов), они решили, с одобрения последних, что упомянутый Эспиноза должен быть отлучен и отделен от народа Израиля, как они ныне отлучают его посредством нижеследующего херема: По решению Ангелов и приговору Святых, мы отлучаем, изгоняем, проклинаем и предаем анафеме Баруха д’Эспинозу, с согласия Бога (хвала Ему!) и с согласия этой святой общины (кахал кадош), перед Священным Писанием с 613 заповедями, записанными в нем, посредством того проклятия, которым Иехошуа бин Нун проклял Иерихон [Нав. 6:25], и того проклятия, которым Элиша [Елисей] проклял детей [4 Цар. 2:23-24], и всех проклятий, которые записаны в Законе… Мы приказываем, чтобы никто не общался с ним устно или письменно, и не оказывал ему никаких услуг, и не оставался с ним под одной крышей, и не приближался к нему ближе чем на 4 эла, и не читал ничего из того, что он сочинил или написал.
Портрет Спинозы из библиотеки в Вольфенбюттеле
Все перечисленные нами персонажи были детьми одной эпохи и близких жизненных обстоятельств. Они опирались друг на друга и друг с другом спорили. Менашше бен Исраэль полемизировал с Уриэлем Акоста, Спиноза учился у Менашше бен Исраэля. Их судьба показывает, какая глубокая трансформация постигла европейских евреев с наступлением Нового времени.
Духовные течения в Восточной Европе. Хасидизм, литовские иешивы, Хаскала (Илья Дворкин)
2. Духовные течения в Восточной Европе. Хасидизм, литовские иешивы, Хаскала Автор: Илья Дворкин Фокусировка темы: В XVIII – начале XX века в Восточной Европе возникло несколько мощных еврейских духовных движений, каждое из которых по-своему отвечало на вызовы Нового времени. Хасидизм, литовская ученость и Хаскала по-разному понимали предназначение еврейства и характер его взаимодействия с окружающим миром. Несмотря на все различия и порой острые конфликты между этими движениями (впрочем, бывали и случаи их сотрудничества), именно они определили современное лицо еврейского народа. Исторические реалии и источники: исторические хроники, памятники материальной культуры, сочинения по хасидизму, творения еврейских ученых – противников хасидизма, история Польши и России. К XVIII веку восточноевропейское еврейство насчитывало за собой уже несколько столетий интенсивного исторического развития. Позади был золотой век евреев Польши. На огромной территории проживало довольно однородное в культурном отношении еврейское население, со своими традициями и культурными стереотипами. Изменение общей ситуации в мире, которое можно назвать «вызовом Нового времени», требовало какой-то реакции еврейского общества. Восточноевропейское еврейство уже в XVIII веке выдвинуло целых два ответа на этот вызов – хасидизм и литовскую раввинскую ученость. Третий ответ пришел из Германии в виде Еврейского просвещения – Хаскалы. Однако и в Восточной Европе Хаскала имела собственные основания. Известен круг шкловских интеллектуалов, стремившихся совместить идеалы традиционной учености с открытостью в отношении универсальной культуры. Имелись определенные попытки интег рации еврейского и европейского знания и на Украине. Первым по времени ответом еврейства Восточной Европы на новые исторические вызовы явился хасидизм. Он, несомненно, стал оригинальным созданием восточно-европейской еврейской культуры, сочетанием местного колорита и самобытности и древней интеллектуальной традиции.
Создателем хасидизма был рабби Исраэль бен Элиэзер (Баал-ШемТов) (1700–1760). Вокруг него собралась группа последователей, многие из которых сами были выдающимися раввинами и мистиками. Лидером второго поколения хасидизма стал рабби Дов Бер из Межирича, прозванный Великим Маггидом (проповедником) (1704–1773). Его ученики распространили хасидизм практически по всей Восточной Европе. Однако не все еврейские общины восприняли новое учение. Главным центром противостояния хасидизму стала Литва, которая включала в то время значительную часть Белоруссии. Литовские евреи создали свое движение, опирающееся на традиционную раввинскую ученость. Лидером этого направления был выдающийся литовский раввин рабби Элияху из Вильно (Виленский Гаон) (1720–1797). Центрами нового движения стали созданные в XIX веке мощные иешивы в Воложине, Слободке, Мире, Бресте и других городах. Наконец, все более сильное влияние на еврейский мир оказывала Хаскала. Тенденция к просвещению, несомненно, имелась также у хасидов и литваков (литовско-белорусского еврейства), что превращало взаимодействие всех названных направлений в очень сложный и динамический процесс. Возможные темы для занятий: •
Хасидизм и культура восточноевропейских евреев.
Рабби Исраэль Баал Шем Тов – основатель хасидизма.
Хасиды и их противники.
Виленский Гаон и его влияние на культуру восточноевропейского еврейства.
Белорусская Хаскала в XVIII веке.
Посещение двора Межиричского Маггида. В свете хасидских, митнагедских и маскильских источников.
Рабби Шнеур Залман из Ляд и развитие любавичского хасидизма.
Рабби Нахман из Брацлава и брацлавский хасидизм.
Восприятие хасидизма в современной еврейской культуре.
Формы проведения занятия: лекция, беседа, диспут. Включение в общинные мероприятия: лекторий, факультатив.
Пример проведения занятия Посещение двора Межиричского Маггида. В свете хасидских, митнагедских и маскильских источников Величие рабби Дова Бера из Межирича сейчас вряд ли кто-нибудь может подвергнуть сомнению, но в XVIII веке вокруг его деятельности происходили острые конфликты и споры. Одним из наиболее значимых достижений Межиричского Маггида явилось создание особого круга ярких религиозных лидеров – будущих основателей различных направлений в хасидизме. Если во времена Баал-Шем-Това хасидизм представлял собой небольшую группу единомышленников, то в результате деятельности рабби Дова Бера и его учеников он превратился в массовое, многогранное движение, возглавляемое харизматическими лидерами нового типа – хасидскими цадиками. Ниже мы приводим фрагмент из современного хасидского текста, описывающий деятельность рабби Дова Бера в данном направлении. Текст 1. Межиричский Маггид и его ученики. Фрагмент первый из книги «Река, вытекающая из рая. История человека Божия, великого среди могучих, святого раввина господина
Маггида из Межирича». Глава «Все они – от одного пастыря» Святой праведник рабби Калонимус Калмиш из Пясечно, автор
Иерусалим, 5746/1986, «Обязанности учеников», подчеркивает в книге «Введение во врата» тот замечательный факт, что из одного колодца, в одном бет-мидраше, под одной крышей, у одного учителя, наставника и вождя черпали ученики такие разные методы и подходы хасидизма. Например, такие великие, как мой дед, рабби Элимелех из Лижайска, проповедник из Кожниц, великий учитель рабби Аарон Великий из Карлина и Учитель (то есть автор книги «Тания» – Прим.ред.) ездили к одному раввину, рабби Дову-Беру, и унаследовали один хасидизм – даже мы, ограниченные и неумные, видим, что хасидский путь книги «Ноам Элимелех» один, книг проповедника из Кожниц – другой, у Старого Ребе третий, а у Великого учителя из Карлина четвертый. Тем самым подчеркивается небесность, поверх человеческого понимания, Святого Маггида, в силах которого обеспечить каждому, из собственного бурного источника, нужной воды познания, всем ученым и святым, ангелам и серафимам, сильным духом, кедрам ливанским… Каждому по пути его, по предназначению, по мере способностей и сообразно истокам души. В заключение он пишет: «Сможем ли представить себе, какое влияние оказывали такие ученики на учителя? Ученики, сами уже учителя и праведники, идущие по своим путям, ищущие у учителя всяческие практики и постижения, оказывают влияние и на него,
Примеры пьют из него прозрачную, как хрусталь росу, что дается ему свыше!»
То, что с энтузиазмом воспринималось хасидами, представители Хаскалы видели совсем в ином свете. Удивительным образом сохранился признанный современными учеными полностью аутентичным документ, рассказывающий о посещении двора Межиричского Маггида выдающимся еврейским философом-просветителем Шломо Маймоном. В своей автобиографии, написанной в конце жизни, Маймон рассказывает, как в юности он в своих духовных поисках добрался до лидера хасидизма того времени. Данный текст, несмотря на явно недоброжелательное отношение его автора к хасидизму, является очень ярким свидетельством духовной жизни евреев того времени. Текст 2. Из Автобиографии Соломона Маймона. СПб.: Еврейская библиотека, 1890. Воображение мое сильно разыгралось при этом описании, и я, следовательно, ничего так страстно не желал, как только иметь счастие сделаться членом этого общества. Я решился поэтому предпринять путешествие в М[ежиричи], где находился верховный глава Б[ер]. – Я с величайшим нетерпением ждал поэтому окончания срока моей службы, которая должна была продолжаться еще лишь несколько недель. Когда срок этот наступил и я получил свой гонорар, то, вместо того чтобы отправиться домой (мое семейство жило всего в двухмильном расстоянии), я тотчас предпринял свое благочестивое путешествие, которое продолжалось несколько недель. Наконец, я счастливо прибыл в М[ежиричи]. Отдохнувши немного от дороги, я отправился в дом верховного главы в полной уверенности, что немедленно буду ему представлен. Но мне сказали, что он еще пока не может говорить со мною, но что я на субботу приглашен к его столу; при этом случае я буду иметь счастие видеть этого святого человека лицом к лицу и слышать из уст его самые высокие учения, так что я этот публичный прием, из-за специального характера беседы, которая будет относиться ко мне одному, могу считать частной аудиенцией. В субботу я прибыл к этому торжественному пиру и нашел там многочисленное собрание почетных лиц, которые прибыли сюда с разных концов. Наконец появился и этот великий человек, с весьма внушительным видом, одетый в белый атлас. Даже башмаки его и табакерка были белого цвета (у каббалистов белый цвет означает милость). Он подал каждому новоприбывшему свой шалом, то есть поздоровался. Сели за стол, но в продолжение обеда царствовало торжественное молчание. После обеда верховный глава запел торжественную мелодию, держа некоторое время руку у лба, и потом стал вызывать: Ц. из Г.! М. из Р.! С.М. из Н.! и так далее, всех новоприбывших по их имени и местожительству,
Примеры чему мы не мало удивились. Всякий из нас должен был сказать какойнибудь стих из Св. Писания. После этого верховный глава стал говорить проповедь, которой приведенные отрывками стихи Св. Писания должны были служить текстом, так что, хотя стихи были взяты из различных мест и книг Св. Писания, он, однако, сумел так искусно связать их, как будто они составляли одно целое. И что еще было удивительнее, это то, что всякий гость находил в том месте проповеди, которое относилось к приведенному им стиху, что-нибудь касающееся его сердечных дел. Весьма естественно, что мы все были крайне изумлены этим. Но в скором времени мое высокое мнение о верховном главе и всем обществе вообще стало значительно ослабевать. Я заметил, что их остроумная экзегетика, в сущности, ложна и притом ограничена лишь их крайними принципами (самоуничтожения и т. д.), и если их уже раз слышали, то уже ничего нового нельзя было добиться. Их так называемые чудеса объяснялись довольно легко. При помощи корреспонденции, шпионов и некоторого знания людей, посредством физиогномики и ловко направленных косвенных вопросов, они сумели узнавать тайны своих посетителей, чем они приобрели у этих неразвитых людей славу пророков. Точно так же общество не понравилось мне вследствие его цинизма и исступленной веселости. Приведу хоть один пример такого рода. Мы собрались в дом верховного главы в час молитвы. Один из нас пришел несколько позднее, другие спросили его о причине замедления. Он ответил, что жена его в эту ночь родила дочку. Когда они услышали это, они с шумом и исступлением стали поздравлять его. Верховный глава вышел из своего кабинета и спросил о причине этого шума. Они сказали, что поздравляют П., жена которого родила дочку. «Дочку! – вскрикнул он с негодованием, – Он должен быть высечен». Несчастный П. протестовал против этого; он не мог понять, почему он должен страдать за то, что жена его родила дочь. Но ничего не помогло. Его схватили, положили на порог и крепко посекли. Все, кроме высеченного, пришли от этого в веселое расположение духа, причем верховный глава призвал их к молитве следующими словами: «Ну, братья, служите Богу с радостью». Я не хотел больше оставаться в этом городе. Верховный глава дал мне свое благословение, я и простился с этим обществом, с намерением оставить его навеки, и отправился обратно домой.
История предоставляет нам разнообразные свидетельства восприятия раннего хасидского сообщества не только маскилами, но и ортодоксальными противниками хасидизма – литваками. Один из представителей этого направления, последователь Виленского Гаона, странствующий проповедник и ученый рабби Яков Кранц оставил нам
Примеры интересные свидетельства о его встречах с рабби Довом Бером. В данном случае свидетельство имеет скорее фольклорный характер, так как Яков Кранц, которого называют Дубненским Маггидом, прославился своими анекдотами и шутливыми историями. Текст 3. Дубненский Маггид в Межириче (из книги «Притчи Дубненского Маггида») Однажды Маггид сидел в своей комнате на постоялом дворе маленького городка, готовясь к проповеди, которую он должен был произнести в местной общине в шаббат. Вдруг его занятие прервали пронзительные крики и громкое пение. Посмотрев в окно, Маггид увидел толпу хасидов, неистово пляшущих вокруг их учителя, рабби Бера, Маггида из Межирича. Увидев, что вся «банда» собирается войти внутрь, рабби Яков пришел в замешательство. Он подумал, что хасиды пришли специально, чтобы досаждать ему и выставить его дураком перед общиной. И он не ошибся. Рабби Бер был сдержанным и терпимым человеком. Когда его хасиды сообщили ему о том, что наконец они поймали Маггида из Дубно и собираются проучить его, как он того заслуживает, рабби Бер сразу же послал за Маггидом и сказал ему: «Ты не из наших, но я все-таки думаю, что ты великий еврей. Ты должен знать, что хотят сделать с тобой мои последователи. Я защищу тебя от них, но ты должен немедленно привести мне притчу или аллегорию, которая подходила бы к ситуации, в которой ты сейчас находишься». Маггид из Дубно ответил: «Я бы с радостью сделал это для тебя, но, боюсь, это только усилит гнев твоих хасидов. Но если ты дашь мне слово чести, что ты не позволишь этим скандалистам учинить надо мной расправу, я приведу тебе аллегорию». Рабби Бер пообещал, что на него не будут нападать, и рабби Яков сказал: «Твоя община встала с ног на голову. Во всем мире цыгане разыгрывают представления, а медведь (бер) танцует, а тут всё наоборот: Бер разыгрывает представление, а его необузданные цыгане танцуют».
Наконец, мы приводим ответное свидетельство – текст из уже использованного нами хасидского сочинения, который также описывает встречу между Межиричским и Дубненским маггидами, но на этот раз с точки зрения хасидов. Текст 4. Дубненский Маггид наносит визит в Межирич. Фрагмент второй из книги «Река, вытекающая из рая. История человека Божия, великого среди могучих, святого раввина господина Маггида из Межирича». Как-то великий ученый и праведник рабби Яаков, прославленный сказатель-маггид из Дубно, приехал на шаббат в Межирич. За вечерней субботней трапезой святой [Межиричский] Маггид оказал гостю почет и предложил ему произнести речь. Дубненский Маггид начал, как обычно, с замысловатой притчи, содержав-
Примеры шей замечательный комментарий на недельную главу. За дневной трапезой хозяин снова почтил гостя, как и вечером накануне. Как и вечером, гость рассказал замечательную притчу, осветившую хрустальным светом отрывок из Пророков к недельному разделу. То же случилось и за третьей субботней трапезой. По окончании шаббата, когда гость попрощался и отправился в путь, ученик Маггида, святой праведник рабби Зеэв-Волф из Житомира, рассудил с улыбкой: «Просто чудо, что дубненский Маггид решил провести шаббат в Межириче. Иначе некому было бы держать речь о Торе…». Услыхав это, Межиричский Маггид сказал ученику: «Всякий раз, когда я из уважения к гостю предлагал тому держать речь, я втайне надеялся, что он, хотя бы раз, откажется и предпочтет послушать, что есть сказать мне, – тогда я бы приблизил его и ввел бы в наш круг. Но поскольку он не захотел слушать, я оставил его в покое».
Этот материал — часть книги «Еврейская история». Смотрите также другие пособия антологии.