Материал из книги «Еврейские тексты и литература» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Глава IV. Классические занятия по еврейским текстам. Примеры преподавания ЕКТ
Классические занятия по еврейским текстам. Примеры преподавания ЕКТ в системе неформального образования
Ниже приводятся примеры методических разработок для проведения занятий по ЕКТ для разных возрастов и в разных ситуациях. Для демонстрации различных подходов к преподаванию ЕКТ используются тексты разных жанров и эпох. Очевидно, что цель приводимых примеров – только продемонстрировать разные возможности преподавания ЕКТ вне рамок формального образования. По этой причине в первую очередь описываются наиболее характерные или, напротив, особые случаи.
1. Чтение библейских историй детям: «И расскажи сыну своему…»
Чтение детям книг является устойчивой традицией большинства русскоязычных еврейских семей. Проблема состоит в том, что детская еврейская литература на русском языке недостаточно развита. Отчасти это можно компенсировать чтением адаптированных версий библейских и талмудических текстов. В настоящий момент существует несколько изданий библейских историй для детей, выполненных в еврейской традиции (см. библ.: п. 2.12). В качестве примера мы используем текст из книги М. Столяра «И расскажи сыну своему…» Чтение предназначено для первоначального ознакомления детей 5-10 лет с основными темами и сюжетами библейского повествования. Рассказы учитывают возрастные и культурные особенности детей.
Книга и по своему замыслу, и по форме представляет собой пособие для семейного чтения. Однако возможны и другие варианты использования книги, например, самостоятельное чтение текста ребенком и последующее его обсуждение со взрослыми. В этом случае стоит заранее просмотреть источники текста, то есть библейский текст и аггадические рассказы. Для более подготовленной аудитории можно проводить сопоставление оригинального библейского текста и его переложения в книге. Книга снабжена иллюстрациями. В издании 2004 года это рисунки Эллы Бышевской. В качестве примера мы приводим историю ссоры Иосифа и его братьев (Берешит, 37:1–11). Первое, на что стоит обратить внимание, – существенное отличие рассказа в книге М. Столяра от текста из книги Берешит. Это отличие в данном случае обусловлено не только включением аггадических сюжетов, но и общим тоном. Дело в том, что конфликт Иосифа и братьев часто воспринимается немного односторонне: симпатии читателя находятся на стороне Иосифа, а братья выглядят завистливыми и грубыми людьми. Такой подход является следствием имеющихся в европейской культуре стереотипов и противоречит буквальному смыслу текста. По прочтении приводимого нами фрагмента можно попытаться инициировать беседу и рассмотреть ситуацию с трех точек зрения – Иосифа, братьев и отца. Для каждой из этих трех точек зрения есть на что опереться в тексте. Важно понять, что цель нашей истории – не встать на сторону одного из участников конфликта, а проникнуть в сущность самого конфликта и найти пути его разрешения. Поэтому, как и в других библейских текстах, здесь нет однозначно правых и однозначно виноватых. М. Столяр ИСТОРИЯ ПРО ТО, КАК БРАТЬЯ ОБИДЕЛИСЬ НА ИОСЕФА (
И поселился Яаков в земле Ханаанской, и было у Яакова двенадцать сыновей. Но больше всех Яаков любил Иосефа, потому что Иосеф был первым сыном его любимой жены Рахели.
И вот, когда было Иосефу семнадцать лет, Яаков подарил ему красивую разноцветную рубашку в знак того, что он – Иосеф – самый любимый сын. И рубашка эта была с длинными рукавами, потому что Иосеф не работал, а только сидел с Яаковом и учил Тору. И еще маленький Биньямин был дома, рядом с ними. А десять старших братьев пасли скот. Время от времени Иосеф приходил к братьям в поле и рассказывал им, что он успел выучить из Торы и как нужно жить на свете. Понятно, что братьев это раздражало: Иосеф, конечно же, был очень умен, но разве пристало младшему брату поучать старших? И еще Иосеф ябедничал отцу на братьев. Как ему только покажется, что братья что-то делают неправильно – тут же придет к отцу своему Яакову и все ему расскажет. Иосеф, разумеется, это делал не со зла, он просто хотел, чтобы Яаков поговорил с братьями, чтобы они исправились. Но ведь ябедничать все равно нехорошо! И братья очень обижались на Иосефа. Однажды Иосефу приснился сон. Он пришел к братьям и сказал: – Вот приснились мне солнце, луна и одиннадцать звезд. И все они кланяются мне. И сказал Яаков: – Какие несуразные сны тебе снятся! Ведь солнце – это отец, луна – мать, а одиннадцать звезд – это твои одиннадцать братьев. Так позволь! Ведь Рахель умерла. Как же может твой сон сбыться, как может поклониться тебе твоя мать? И хотя Яаков очень серьезно относился к снам Иосефа, но он специально ругал его, чтобы братья поменьше на Иосефа обижались. Но братья совсем расстроились. Они подумали: «У нашего прадедушки было два сына, Ицхак и Ишмаэль. Ицхак был главный сын, а Ишмаэля Авраам выгнал в пустыню. У дедушки Ицхака тоже было два сына, наш отец Яаков и его брат Эсав. Яакову Ицхак дал благословение, а Эсаву не досталось ничего. Теперь же видим мы, что Иосеф – любимый сын отца нашего Яакова. Ему одному подарил отец разноцветную рубашку – должно быть, ему одному даст отец и благословение, и Святую Землю Ханаанскую! Нас же отец, наверное, прогонит… И не могли братья даже разговаривать с Иосефом, и не хотели они с ним здороваться. И ходили братья мрачные.
2. Чтение аггадических историй детям. Истории о рабби Ханине бен Досе
из «Аггады» Х. H. Бялика и И. Равницкого Литература Талмуда и мидрашей представляет собой бесценную сокровищницу историй для разных групп и возрастов. Существует несколько русскоязычных сборников, которые можно использовать для домашнего чтения аггадических историй детям. Каждый из них имеет свои особенности, и целесообразность их использования зависит обстоятельств. В качестве примера мы приведем небольшую группу историй из русского перевода «Аггады» Х. H. Бялика и И. Равницкого, выполненного русским еврейским поэтом С. Г. Фругом. «Аггада» Бялика и Равницкого не является буквальным переводом текстов из Талмуда и литературы Мидраша. Большинство талмудических и мидрашных текстов довольно сложны для понимания и требуют предварительной подготовки. Кроме того, они написаны большей частью на иврите эпохи Мишны, а часто и по-арамейски. «Аггада» Бялика и Равницкого представляет собой литературное переложение мидрашей на иврит начала ХХ века. Перевод С. Г. Фруга пытается донести Аггаду до русской читающей публики того же времени. Необходимо отметить, что сборник весьма неоднороден, тексты существенно различаются не только по содержанию, но и по форме. Некоторые истории требуют предварительных знаний, например, содержания Танаха или реалий еврейской истории. При чтении «Аггады» Бялика и Равницкого детям стоит тщательно отобрать истории и подготовиться к возможным вопросам. Примерно половина содержания сборника является аггадическим переложением библейских сюжетов. Перед их чтением стоит вспомнить сами эти сюжеты. Очень важно понимать, что мидраш ни в коем случае не пересказывает Танах, а отзывается на него совершенно по-новому. Замечательной по своим литературным достоинствам является та часть «Аггады», которая рассказывает о жизни мудрецов Талмуда. Эта область, как правило, мало известна даже образованной части русскоязычных евреев. Перед прочтением текстов Аггады такого типа детям стоит познакомиться с историческими сведениями о том или ином мудреце. Их можно почерпнуть в Краткой еврейской энциклопедии (КЕЭ), книге Э. Урбаха «Мудрецы Талмуда» (Иер., издательство «БиблиотекаАлия», 1991 ), и др. Герой нескольких историй, которые мы приводим для примера, рабби Ханина бен Доса являлся еврейским мудрецом и праведником начала I века нашей эры. Его часто вспоминают, когда говорят о так называемых древних хасидах, или людях деяний (см.: КЕЭ. Т 9. Кол. 659–661, http://www.eleven.co.il/article/14458). Его учение лаконично сформулировано в Пиркей авот (3:9): Рабби Ханина бен Доса сказал: всякий, у кого боязнь греха предшествует мудрости, его мудрость прочна, всякий, у кого мудрость предшествует боязни греха, его мудрость не прочна. Он сказал: всякий, у кого дела превосходят мудрость, его мудрость прочна, а всякий, у кого мудрость превосходит дела, его мудрость не прочна. Поскольку «Аггада» Бялика и Равницкого содержится в Интернете, для чтения можно отобрать истории, наиболее подходящие для каждой конкретной ситуации. Истории про рабби Ханину бен Досу вполне подходят даже для самых маленьких детей (5-7 лет). При чтении стоит заранее познакомиться с терминами: Бат Коль (букв. «Дочь Голоса») – часто используемый в Талмуде оборот, обозначающий голос Неба. При этом Бат Коль не указывает на пророчество или реальное вмешательство Бога в дела людей. Как правило, Бат Коль обозначает не лишенную иронии связь между земными и небесными делами. Бедность рабби Ханины нельзя рассматривать только в социальном плане. Она отражает мировоззрение древних благочестивых мудрецовхасидов (не путать с современным хасидизмом, возникшим в XVIII веке в Восточной Европе), которые были готовы пожертвовать благами этого мира ради мира грядущего.
Тексты ( ГОРСТЬ РОЖКОВ Каждый день раздавался Бат Коль: – Весь мир получает питание свое ради заслуг сына Моего Ханины, а сын Мой Ханина довольствуется горстью рожков от одной субботы до другой. (Таанит, 24) СКАЗКА О ЧУДЕСНЫХ КОЗАХ Были у рабби Ханины козы. Приходят соседи и говорят: – Козы твои вред нам приносят. – Если это правда, – отвечает рабби Ханина, – то пусть медведи растерзают их, а если нет, пусть вечером каждая принесет медведя на своих рогах. И вечером каждая коза принесла по медведю на своих рогах. Откуда у бедного рабби Ханины взялись козы? По словам рава Пинхаса, дело было так: – Однажды какой-то прохожий оставил у дверей рабби Ханины нескольких кур и ушел. Найдя кур, жена рабби Ханины приютила их у себя в доме, но муж запретил ей пользоваться яйцами от этих кур. Пошли цыплята, и кур расплодилось столько, что не оставалось свободного места в доме. Тогда они продали кур и купили коз. Вскоре после этого явился хозяин кур и говорит своему товарищу: – Вот в этом месте я оставил своих кур. Услыхал это рабби Ханина и говорит: – А можешь ли ты указать их приметы? – Могу. Указал тот человек приметы кур – и рабби Ханина отдал ему коз. (Таанит, 25) И ТВАРЬ БЕССЛОВЕСНАЯ Однажды воры увели у рабби Ханины осла, поставили его у себя во дворе на привязи и дали ему сена, ячменя и воды. Но осел стоял, не дотрагиваясь ни до корма, ни до воды. – Не стóит, – решили воры, – и держать его дальше: того и гляди еще околеет и весь двор заразит.
Отвязали осла и прогнали. Поплелся бедный осел домой. Услышал крик его сын рабби Ханины. – Отец! Отец! – позвал он. – Похоже на крик нашего животного. – Открой поскорее ворота, – откликнулся рабби Ханина, – бедное животное давно умирает от голода. Впустили осла во двор, дали ему сена, ячменя и воды, и он принялся есть и пить. Правду говорят: «В старину безупречны были не только сами праведники, но даже их животные». (Авот де-рабби Натан, 8) ЗМЕЙ Появилось в одном месте чудовище – змей, искусавший множество людей. Сказали об этом рабби Ханине. – Укажите мне его нору, – сказал рабби Ханина. Привели его туда. Наступил он ногою на отверстие норы. Поднялся змей, ужалил его – и упал мертвым. Взял его рабби Ханина на плечо и принес в школу. – Видите, дети мои, – сказал он ученикам, – не змей убивает, а грех. По этому поводу сложилась поговорка: «Горе человеку, который наткнется на змею, и горе змее, которая попадется рабби Ханине бен Досе». (Брахот, 33) ПОЩАЖЕН ИЛИ ОБРЕЧЕН Про рабби Ханину рассказывали, что, молясь за больных, он предсказывал, кому выздороветь, кому умереть. На вопрос, как он это узнает, он отвечал: – Если плавно течет моя молитва, это служит мне указанием, что больной пощажен, если нет – что он обречен. (Брахот, 34) СЛУГА И ВЕЛЬМОЖА Еще случай был с рабби Ханиной бен Досой. Пришел он к рабби Иоханану бен Заккаю поучиться божественной мудрости, а в то время у рабби Иоханана заболел сын, и стал патриарх просить рабби Ханину, говоря: – Ханина, сын мой! Помолись о милости Господней к моему больному. Низко, до самых колен, склонил голову рабби Ханина и углубился в молитву. Больной выздоровел.
– Если бы я, – сказал рабби Иоханан жене, – хоть целый день просидел, поникнув головой до колен, молитва моя не была бы услышана. – Но настолько разве Ханина достойнее тебя? – Не в достоинстве дело. Но Ханина кротостью своей подобен слуге перед царем, а я и перед Господом стою как вельможа перед царем. Со смертью рабби Ханины бен Досы не стало более людей деятельного благочестия. (Сота, 49) Работа с данными текстами может включать чтение, обсуждение, проведение художественной мастерской, разыгрывание театральных этюдов. В качестве примера приведем несколько вопросов и заданий, которые могут облегчить работу с текстами. 1.
Сравните первые два текста. Как второй текст иллюстрирует мысль, высказанную в первом?
Почему соседям не нравятся козы рабби Ханины из второй истории? Почему эти козы оказываются сильнее медведей? Для чего рабби Ханина требует указать приметы оставленных у него кур? Почему текст сначала рассказывает о чудесных козах, а потом сообщает об их происхождении?
Откуда рабби Ханина знал, что его осел (третья история) голоден? Почему осел не стал есть в доме воров?
Сравните характеристику рабби Ханины и рабби Иоханана бен Заккая в последней истории. Стоит напомнить, что рабби Иоханан – одна из величайших фигур I века нашей эры. Именно благодаря ему сохранилось учение после разрушения Храма. Почему такой человек нуждался в молитве рабби Ханины?
Кроме чтения и обсуждения текстов, возможны разного рода их художественные интерпретации – рисунки, игра, театрализация. Приведем пример художественного обыгрывания истории «Змей». По своему характеру она очень похожа на сказку. Деревне, где живет рабби Ханина, угрожает некое чудовище. По законам жанра герой (рабби Ханина) должен взять меч и выйти на поединок со змеем. Однако история-то еврейская! Действие праведника переворачивает обычные представления. Рабби Ханина побеждает без оружия и доспехов. Вокруг этой истории можно сформулировать множество вопросов:
– Почему вообще рабби Ханина покидает свою школу и учеников и отправляется на схватку с чудовищем? – Почему чудовище погибает, укусив рабби Ханину? – Для чего рабби Ханина приносит тело чудовища ученикам в школу? – Какие библейские истории напоминает этот рассказ? (Адам и змей в райском саду, Давид и Голиаф). История про рабби Ханину бен Досу и чудовище очень хорошо подходит для рисования или даже для изготовления силами детей небольшой книжки. (См.: Дворкин И. Сон рабби Хони га-Меагела. – Иерусалим; М.: Гешарим, 1999. С. 44)
3. Чтение аггадических историй детям. Истории мореплавателей из Вавилонского Талмуда
Другой пример обсуждения с детьми аггадических текстов содержится в книге: Истории мореплавателей из Вавилонского Талмуда / пересказ М. Яглома и С. Седова. М.: Мосты культуры; Jerusalem: Gesharim, 2005. Особенность данной книги состоит в попытке передать диалогизм и динамичность талмудического повествования. В книге приводится как оригинальный текст Талмуда, так и его пересказ в форме забавных диалогов, выполненный детским писателем С. Седовым. Как известно, Талмуд – удивительная по богатству идей и разнообразию литературных форм книга. Встречаются в нем и необычайные, порой гротескные истории; некоторые из них в дальнейшем послужили прототипом для сказочных сюжетов. Именно такие тексты собраны в «Историях мореплавателей». Сама эта книга явилась результатом педагогических опытов М. Яглома и Э. Бышевской, а замечательные рисунки привносят в текст еще одно дополнительное измерение. Эти иллюстрации – плод работы художника-педагога – можно без преувеличения назвать мидраш-картинками. При чтении «Историй мореплавателей» можно ограничиться текстом оригинала или пересказом, но можно и сочетать одно с другим. По своей природе талмудический текст имеет устный характер и не предназначен для единоличного чтения, подобного произведениям европейской литературы. Вокруг талмудического текста всегда происходит разговор, дискуссия. Одной из рекомендованных форм работы с текстом «Историй мореплавателей» может быть чтение или пересказ талмудических историй с последующим обсуждением. При этом переложение С. Седова может служить примером такого обсуждения. Талмудический рассказ передает удивительную и полную загадочного смысла лаконичную историю: Бава Батра, 73а Рассказал Рабба: «Говорили мне мореходы, что от волны до волны – триста парс, и высота волны – триста парс. Отправились мы как-то в путь, и подняла нас волна [так высоко], что ложе малой звезды показалось нам размером с поле, на котором можно посеять сорок сеа горчичных семян, еще немного, и сожгло бы нас ее пламя. Закричала одна волна другой: «Эй, подруга, осталось ли в мире что-то, чего ты не затопила, чтобы смогла я это уничтожить?» Ответила та: «Гляди, таково величие твоего Господина, что даже на толщину волоса не вышла я из берегов, и об этом сказано: Меня ли вы не боитесь? – сказал Господь. – Передо Мной ли не трепещете? Ведь я положил песок границей морю, законом вечным, которого оно не преступит» (Ирмеяху 5:22). Пересказ С. Седова пытается приблизить сжатый рассказ Талмуда к детскому восприятию: Рассказывал Рабба мудрецам: – Говорили мне мореходы… – А-а-а! Мореходы! – кивали мудрецы. – Знаем, знаем. Они сначала ходят по морю на кораблях, а потом рассказывают всякие удивительные истории! – Да! – кивал в ответ Рабба. – Эта история воистину удивительна! Говорили мне мореходы, что подняла их как-то волна высоко-высоко, не то на тысячу парс, не то даже на две! – Мы, конечно, верим! – чесали мудрецы свои мудрые головы, – но что-то нам не верится. Уж не почудилось ли мореходам, будто подняла их волна высоковысоко, на тысячу парс, а на самом деле подняла она их не так уж высоко – на какую-то тысячную долю парсы? – Говорили мне мореходы, – отвечал им невозмутимый Рабба, – что когда оказались они на такой высоте, то малая звезда небесная стала огромной, заняла полнеба, и пламя ее обжигало их лица! – Так бы сразу и сказал! – разводили руками мудрецы великие. – Теперь мы верим. Ведь малая звезда небесная потому и кажется нам малой звездой небесной, что горит она высоко-высоко в небе, а если мы поднимемся на эту высоту да приблизимся к звезде, то станет она огромной, в полнеба, и обжигающей. Значит, правду говорили мореходы, хоть и удивительную. – Но это еще не вся правда! – поднимал Рабба вверх указательный палец. – Как не вся?! – удивлялись мудрецы. – Неужели в этой истории есть еще какая-то правда? – Да, есть, и она более удивительна, чем та, первая. Говорили мне мореходы: «Поднялась следом еще одна волна, столь же высокая. И закричала она нашей волне: “Эй, подруга, мы с тобой такие всесильные! Ты старше меня – уже успела, наверное, затопить весь мир и разрушить все дома человеческие. Но скажи, может, осталось еще на земле местечко нетронутое? Мне тоже хочется поразрушать да позатапливать”. И ответила ей наша волна: “Глупая, не для того Господин сделал тебя такой сильной, чтобы ты своенравничала и кичилась, а совсем наоборот. Вот смотри, я хоть и великая, почти бесконечная, а не потопила даже самой утлой лодочки и не вышла из берегов даже на самый маленький миллиметр!”» Мудрецы С. Седова – кто они? Неужели это мудрецы Талмуда, члены академий в Вавилоне? Да, конечно, это они, но в то же время это дети, внимающие рассказу. Они не в состоянии слушать длинные предложения и перебивают рассказчика на каждом слове. Но они замолкают, не пропуская ни одного слова, когда рассказ доходит до того, что для них по-настоящему важно, то есть до поэтического и волшебного смысла текста. Преподавателю необходимо знать, что Рабба, сын Бар Ханы – вавилонский законоучитель конца III века, что парса – это мера длины (примерно четыре с половиной километра), а сеа – мера объема (примерно семь и три десятых литра).
4. Чтение детям сказок рабби Нахмана из Брацлава
Хасидская литература обладает удивительным разнообразием и богатством содержания. Встречаются в ней и пласты художественного повествования. В первую очередь нужно, конечно, вспомнить хасидские истории. В настоящий момент имеется немало переводов таких историй на русский язык. Самые знаменитые из них – это «Сказочные истории рабби Нахмана из Брацлава». Сказки рабби Нахмана могут быть интересными для разных возрастов и разного уровня познаний в еврейской традиции. Несмотря на содержащиеся в них довольно сложные философские идеи, они оказываются доступны даже маленьким детям. В качестве примера рассмотрим шестую из сказок рабби Нахмана из Брацлава – «Историю о скромном царе». Текст в переводе Г. Бермана взят из книги «Учение Раби Нахмана из Браслава» (см. библ.: разд. 2.11, п. ). История шестая. О СКРОМНОМ ЦАРЕ История про одного царя, при котором был мудрец. Однажды сказал царь мудрецу: – Слышал ты, есть царь, который решил про себя, что он большой герой, очень правдивый человек и исключительный скромник. К примеру, он говорит, что он большой герой, однако известно мне, какой он герой. Потому что простирается вокруг его страны море, а на море стоят войска на кораблях, пушками ощетинились и не допускают приблизиться, а за морем топь вокруг всей страны и только одна узкая тропка, по которой пройти невозможно, разве что одному человеку, да и там со всех сторон пушки на всякий случай, вдруг кто в одиночку надумает прийти к ним воевать. Величает он себя человеком правдивым и скромным, а какой он взаправду правдивый и скромный, того я не знаю. И вот хочу я, чтобы ты доставил мне его портрет. Потому что у царя должны быть портреты всех других царей, а вот его портрета нет ни у одного из них, поскольку он прячется от людей и сидит всегда за пологом в отдалении от своих подданных.
Собрался мудрец идти в ту страну и сказал, что по его мнению нужно ему знать, на чем страна держится. А как узнать? Да через шутку той страны! Потому что, если ты хочешь понять какое-либо дело, поинтересуйся, как о том деле шутят. Есть ведь несколько видов шуток. Один оскорбит приятеля или наговорит на него, а когда тот потребует ответа, скажет: «Что ты, что ты! Я только пошутил». Как сказано: «Так, человек, который коварно вредит другу своему, и потом говорит: “Я только пошутил”». И есть другой, кто действительно имел намерение только пошутить, но, несмотря на это, нанес ущерб своему приятелю. И есть еще всякие другие виды шуток. И среди всех и всяческих, сколько их есть стран, есть одна, что объединяет в себе черты всех стран. И в этой стране есть город, что объединяет в себе черты всех городов этой страны, включает в себя и черты всех стран, и в этом городе есть дом, что объединяет в себе черты всех домов этого города, что объединяет в себе черты всех городов этой страны, которая объединяет в себе черты всех стран. И в этом доме есть человек, который объединяет в себе черты всего дома и всего города, и всех городов, и всех стран. И есть там один, который создает весь юмор и шутки страны. И взял мудрец с собой большой капитал и пошел туда. И видит, что творят люди все виды шутовства и фиглярства, и разобрался в их шутках, и понял, что вся страна погрязла во лжи сверху донизу. Потому что увидел, как превращают в насмешку все, и даже соглашения, уговоры и обязательства, и если кто идет решать дело в министрах, то и там целиком ложь и взяточничество, и если идти повыше – в Синод – то и там целиком ложь и только делается вид, а на самом деле все насмешка и надувательство. Так понял мудрец через этот смех, что страна вся полна лжи и обмана, и нету ни в чем в ней правды; и еще – все покупается и продается в этой стране. И решил сам испытать – вложил деньги в одну сделку. И пошел судиться по различным судам и коллегиям. И все оказались полны лжи и взяточничества. В этот день дал им взятку, а назавтра делают вид, что тебя не узнают. Пошел в судебную коллегию более высокую – там тоже ложь и обман, пока не добрался до Сената, только и там полно лжи и взяточничества, и так дошел до самого царя. А как дошел до царя, назвался ему и сказал: «Над кем ты, царь, посмотри?! Ведь все государство погрязло во лжи снизу доверху, и нету в нем ни в чем правды». И начал рассказывать обо всей лжи в стране. А как услышал царь его речи, высунул ухо за полог, чтобы лучше слышать. Ведь он очень удивился, что нашелся такой человек, понимающий от начала и до конца всю лживость страны. А правительственные министры, как услышали речи мудреца, разгневались на него очень – зачем, дескать, он выводит все на чистую воду. Однако мудрец продолжал: – И можно было бы сказать, что и царь любит ложь подобно всей стране. Однако я вижу, что царь – правдолюбец и потому отдалился от всех своих подданных, что не может терпеть лжи! И стал мудрец хвалить и прославлять царя без меры. А царь – ведь он был большим скромником – вместо того чтобы заважничать, только заскромничал еще больше. И как обычно поступают скромники чем больше их восхваляют и прославляют, тем меньше они становятся, – так и царь: чем больше его восхвалял и возвеличивал мудрец, тем меньше он становился, пока совсем не превратился в ничто. И уж не мог больше удержаться – отодвинул полог, чтобы посмотреть, что же за человек, который всё так правильно понимает и оценивает. И не мог скрыть лицо. Увидел его мудрец и доставил его портрет своему царю! В отличие от ряда других сказок рабби Нахмана, «История о скромном царе» сочетает лаконизм с цельностью и завершенностью сюжета. Эти свойства делают текст подходящим для разных возрастов, в том числе и для детей. История имеет четыре части, весьма различные по тону. Во вступлении содержится рассказ о царе, одновременно скромном и могучем. Этот царь с самого начала представляется фигурой парадоксальной, но читатель без труда узнает в нем самого Царя Вселенной. Таким образом, в сказочной форме нам подносят главнейший теологический и философский вопрос: как сочетается власть Бога с Его сокрытием от нас? А этот вопрос ведет нас к значительно более трудному и менее теоретическому вопросу: как совместить праведность и справедливость Царя с теми безобразиями, которые творятся в Его царстве? Прежде чем в третьей части возникает эта тема, во второй части мы встречаем кажущееся отступление про шутки и смех – притчу о смеющемся человеке. Философы всех времен полагали, что объединяющим весь мир началом является идея, истина, совершенство. Рабби Нахман объясняет, что объединяющим всё принципом является юмор, он сам смеется над философами. Оказывается, что до истины, до скрытого царя, можно добраться только при помощи шутки. В уже упомянутой нами третьей части содержится сатира не только на мир вообще, но и на конкретное государственное устройство, в котором с легкостью узнаются реалии современной автору России. Юмор страны, куда попал мудрец, оказывается абсолютно дурацким. Но смех, вторично переворачивающий уже перевернутую и искаженную реальность, приводит мудреца к настоящему царю. Встреча мудреца с царем оказывается и завершением, и кульминацией истории. Мудрецу удалось нарисовать портрет царя, но этот портрет изображает… ничто. История не содержит ответа на основной прочитываемый в ней вопрос. Она не объясняет, а подтверждает имеющееся с самого начала предположение, что в царстве Царя не всё в порядке. При этом прорисовка этого непорядка дается с такой силой, что мы ясно видим – речь идет о настоящем Царе и о настоящем царстве. Несмотря на отсутствие явного ответа, на психологическом внутреннем уровне ответ содержится. Этот ответ состоит в тонком и добром юморе автора, совершенно противоположном шуткам царства, в которое попал мудрец. Однако мы-то понимаем, что это царство и есть наш мир, что никакого другого царства нет. Таким образом в истории содержится исправление того самого непорядка, который в ней обнаруживается. «История про скромного царя» (и другие сказки рабби Нахмана) – не прямое выражение каких бы то ни было идей. Как и любое художественное произведение, она прочитывается через сочетание содержания и виртуозной литературной формы. Эта история не нуждается в порождаемых ею многочисленных философских и каббалистических интерпретациях. Неслучайно мудрец в этой сказке оказывается не философом, а художником (что в целом довольно типично для текстов рабби Нахмана). «Историю про скромного царя» можно читать, обсуждать, рисовать, разыгрывать. Содержащиеся в ней аллюзии на еврейские классические источникам лучше не приводить прямо, а акцентировать посредством дополнительных текстов. Например, можно привести фрагмент из книги Шмот (33:13–23), где после изготовления евреями золотого тельца Моше просит Всевышнего показать Его Славу.
Этот материал — часть книги «Еврейские тексты и литература». Смотрите также другие пособия антологии.