Значение и понимание еврейской истории в образовании

Материал из книги «Еврейская история» антологии еврейского педагога «Активы» (JDC).

1. Значение истории в системе еврейского образования (Илья Дворкин)

Особенностью еврейской истории является ее притягательность для самой широкой публики. Кроме евреев и профессиональных историков, еврейская история привлекает внимание многочисленных противников еврейского народа. Они выискивают темные пятна в деятельности тех или иных лиц еврейской национальности, собирают статистику участия евреев в революционном и контрреволюционном движении, строят разнообразные концепции и схемы. Вряд ли найдется еще один народ, на выяснение обстоятельств жизни которого тратит свое время множество людей, не имеющих к нему прямого отношения. Что же касается профессиональных историков, их интерес тоже иногда не укладывается в рамки той или иной конкретной специализации. Нередко факты еврейской истории ломают концепции и представления, имеющие всемирно-историческое значение. Любопытным примером такого рода является полемика вокруг цивилизационной теории Арнольда Тойнби, которая приводит к отрицанию целостности еврейской истории. Последняя же, в свою очередь за1 ставляет усомниться в концепции Тойнби. Особое положение евреев в истории хорошо известно исследователям. Приведем весьма характерное замечание на эту тему выдающегося философа и культуролога конца XX века Поля Рикера. Обсуждая вслед за Иосефом Йерушалми проблему памяти во всемирной и ев1

См.: Тойнби А. Постижение истории. М.: 1991. Общий анализ цивилизационного подхода по отношению к еврейской истории (см. гл. 3в). рейской истории, он говорит о ней как об «универсальной проблеме под углом зрения того исключения, каковое воплощается в уникаль2 ности существования евреев». Как с точки зрения Йерушалми и Рикера, так и в концепции Тойнби еврейская история представляет собой особый случай, который важен для понимания целого.

При внимательном взгляде мы обнаруживаем обостренный интерес к еврейской истории у весьма широкой аудитории, как еврейской, так и нееврейской. Разумеется, среди неевреев не только антисемиты осознают значимость истории еврейского народа. Тот факт, что существенная ее часть имеет самое прямое отношение к зарождению двух мировых религий, делает ее важной для миллионов людей. Если история как таковая имеет определенный религиозный смысл, то он, как правило, связан с евреями. Иудаизм позволил увидеть историю как процесс раскрытия религиозного содержания - различить то, что

К. Ясперс определил как «поступь Бога в истории». Одновременно с этим сама религия в контексте иудаизма воспринимается как историческая, а не только мифологическая реальность. Евреи являются существенным элементом как христианской, так и мусульманской картины мира. Однако и в секулярной культуре нередко оказывается, что фигура «еврейства» имеет определенный историче5 ский смысл, выходящий за пределы национального. Нет сомнения, что интерес к истории важен и для самих евреев. Можно сказать, что чувство истории объединяет большую часть еврейского народа. Здесь сходятся люди разных взглядов и убеждений: религиозные и светские, правые и левые, сионисты и сторонники диаспоры.

См.: Рикер П. Память, история, забвение. - М.: 2004. С. 553. Так, еврейская история вызывает интерес не только у историков-профессионалов, но и у всех, кто пытается разгадать тайны мировой истории, - например, у христианских мыслителей, для которых феномен еврейства является частью их собственной исторической проблематики. См.: Ясперс К. Смысл и назначение истории. - М.: 1994. С. 32 В качестве примера можно привести скандально известную книгу А. Бадью «Обстоятельства, 3. Значения слова "еврей"» (Badiou A. Circonstances, 3. Portées du mot «juif». Lignes, 2005)

Среди предметов, входящих в систему еврейского образования, история всегда играла особую роль. Занятия историей являлись важной стороной еврейского культурного возрождения в бывшем Советском Союзе уже в период отказа. Семинары по изучению еврейской истории играли порой не меньшую роль, чем ульпаны иврита и изучение Торы. При этом на таких семинарах можно было увидеть и преподавателей иврита, и тех, кто занимался еврейскими текстами. Наряду с ивритом и традицией история всегда являлась одной из главных дисциплин еврейского образования. Ее изучение не ограничивается дневными и воскресными школами, университетами, лекториями, но распространяется и на все виды неформального образования.

Фундаментальная важность истории в еврейском образовании и культуре объясняется ее ролью в самоидентификации евреев. Для сторонников светской еврейской культуры история является определяющим фактором еврейской идентичности. Именно общая историческая память связывает евреев России, Америки, Северной Африки и Израиля, делает их одним народом. Любопытно, что разными группами евреев связующее значение истории осознается поразному, однако это не меняет самого факта общего исторического самосознания. Впрочем, и с точки зрения религиозного сознания именно история объединяет еврейский народ. Правда, интерпретация истории в данном случае будет отличаться от предыдущего. Для религиозного человека еврейская история начинается с праотцев, связана с исходом из Египта, с противостоянием языческому миру, синайским откровением. Разница между светским и религиозным пониманием еврейского историзма на самом деле не столь уж и велика. Сама еврейская история сочетает в себе и светские, и религиозные черты. Разрыв с мифологией в иудаизме не является автоматическим разрывом с духовностью. История является не только фактором сплочения еврейского сообщества, но и одним из аспектов взаимодействия евреев с внешним миром. Сам по себе народ Израиля является важным элементом в исторической реальности других народов и приверженцев других религий. Для христиан и мусульман евреи составляют часть их собственного национальнорелигиозного этоса. Обращаясь к евреям, представители других народов воспринимают их как часть собственной исторической реальности. Такой двойственности, кажется, нет ни у одного другого народа. Только евреи, будучи «другими» для многих народов, одновременно являются их интегральной частью. Это своеобразное взаимопроникновение работает в обе стороны: для евреев история также является важнейшей отправной точкой взаимодействия с другими народами и культурами. Думая о своем современном состоянии и о своей судьбе, еврейский народ вольно или невольно рассматривает их в исторической перспективе. Историзм является одной из важнейших основ трансформации и развития еврейского общества. Именно историческое сознание привело к возможности возрождения еврейской государственности в XX веке. Именно ощущение общей истории позволило еврейским общинам, разделенным на протяжении сотен и даже тысяч лет, воссоединиться и снова образовать один народ. История является для евреев одним из факторов сознательного выбора будущего. Историзм делает еврейский народ динамичным и открытым любым поворотам и изменениям. Все отмеченные обстоятельства превращают еврейскую историю в одну из важнейших дисциплин неформального еврейского образования.

2. Понимание еврейской истории. Традиционные подходы

Историография и историософия История имеет к евреям и еврейской культуре особое отношение, потому что евреи являются не только объектом исследования исторической науки, но и одним из источников исторического мышления. Взаимное дополнение исторического мышления и исторического ме6 тода - факт общепризнанный. Однако по отношению к еврейской истории оно имеет свои яркие особенности. Дело в том, что взаимодействие историзма как типа мышления и как метода исследования источников само явилось коллизией еврейской истории. Общеизвестно, что исторический метод сформировался в Древней Греции и пришел в Иудею с эллинизмом. Историческая же мысль является важной стороной собственной еврейской культуры, которая еще до общения евреев с древними греками породила особую древнееврейскую историографию, мало похожую на труды Геродота и Фукидида. Мы имеем в виду, в первую очередь, исторические книги Танаха. Однако историография в современном смысле возникла у евреев только после соприкосновения с эллинистической культурой. Взаимодействие исторического метода и исторического мышления, часто драматическое, пронизывает еврейскую историю на протяжении последних двух тысяч лет. Древнееврейский историзм предпочитает выражать себя в форме пророческого предвосхищения, аггадических аллегорий, каббалистических символов. Все это не так легко согласуется с сухими методами критического сопоставления источников, которые характерны для классической исторической науки. Однако, как известно, историография всегда находится в динамическом взаимодействии с историософией. Еврейское историческое мышление имеет несколько очень важных

См. Дж. Коллингвуд. Идея истории. Автобиография. Москва, 1980. См.: Вейнберг И. П. Рождение истории. Историческая мысль на Ближнем Востоке середины I тысячелетия до н. э. - М.: Наука, 1993. для него доминант, рассмотрение которых необходимо для общего понимания еврейской истории. Одновременно, будучи одним из основных аспектов библейского и постбиблейского миросозерцания, эти доминанты наложили неизгладимый отпечаток на всю мировую историческую мысль. Изучение истории еврейского народа, как и любой научной дисциплины, зависит от современного состояния научных исследований, от тенденций, возникающих в гуманитарных науках и т. д. Ниже мы покажем, как можно использовать достижения современной исторической науки при преподавании еврейской истории в рамках неформального образования. В данной же главе сосредоточимся на внутренних доминантах еврейской исторической мысли, сформулированных в еврейских классических источниках, в первую очередь в Танахе.

Начало истории. Сефер толдот Адам Содержащееся в книге Бытие (Берешит) описание начала мировой истории не является в строгом смысле мифом, хотя, конечно, не является и научным историческим исследованием. От мифа его отличает отсутствие теогонии и сосредоточенность на поступках людей. Имеющиеся в повествовании мифологические элементы подчинены внутренней логике развития определенных историософских идей. Попробуем вкратце сформулировать их:

История имеет начало. Историческое существование всех народов восходит к неким общим событиям, и каждое из них развивается на общем основании.

С исторической точки зрения все человечество представляет собой одно целое. Историю отдельных народов нельзя рассматривать изолированно от мировой истории.

В основе существования и сосуществования народов лежат семьи и отношения семей. Таким образом, историческая жизнь не свободна от семейных и родовых отношений.

Исторический процесс связан с расселением народов на определенных территориях Земли. Занимаемое пространство не принадлежит народу изначально и естественно, а является результатом определенной последовательности событий.

История связана с религиозными и нравственными основаниями. Историческое существование народов не является чем-то нейтральным по отношению к этическим ценностям.

История имеет телеологическое содержание. Она направлена к нравственному совершенствованию человечества. Эти простые идеи (в очень лаконичной форме) высказаны уже в начале книги Бытие. В дальнейшем они были развиты и дополнены. Появились и новые историософские представления. Например, в эпоху Первого и особенно Второго Храма возникли идеи конца истории, грядущего избавления и другие. Если в первых главах Бытия человечество рассматривается как единое целое, то в дальнейшем рассказ сосредотачивается на истории еврейского народа. Здесь содержится ряд существенных новых историософских идей. Но, что очень важно, еврейская история рассматривается Танахом не как изолированная самоценная реальность, а как часть общего исторического процесса.

Мировая история всегда остается для библейского повествования основным фоном рассказа. Важно отметить, что сама еврейская история оценивается с позиций некоторых универсальных религиозных и нравственных ценностей (а не наоборот - мировая история с точки зрения приоритетов еврейского общества и государства). Уже со Средних веков на иврите принято обозначать историю словом толдот («порождения»). Такое словоупотребление обусловлено тем, что библейский рассказ о начале человеческой истории обозначается словами: «Это книга порождений человеческих» (сефер толдот Адам) (Быт. 5:1). Порождения, или родословные отдельных народов в книге Бытие обозначаются именно этим понятием. Оно же описывает возникновение еврейского народа как особой общности (Быт. 37:2). Данной теме мы еще уделим некоторое внимание ниже. Сейчас отметим только, что возникновение народов мира и появление среди них евреев описывается в книге Бытие с удивительной основательностью и скрупулезностью.

Генезис еврейского народа в традиционном освещении В Пятикнижии огромное значение придается описанию генезиса еврейского народа и его месту в мировой истории. Уже само начало рассказа о праотце евреев Аврааме (Быт. 12) дает общую картину специфически библейского отношения к этногенезу. (1) И сказал Господь Авраму: уйди из земли твоей, из родины твоей и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе. (2) И Я сделаю тебя народом великим, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь благословением. (3) И Я благословлю благословляющих тебя, а проклинающего тебя прокляну; и благословятся тобой все семейства земли. Обратим внимание, что уже здесь Бог не только говорит Аврааму о потомстве, но обещает ему создание великого народа, народа не просто большого и сильного, но такого, который станет благословением для всех народов Земли. Слово «всех» здесь очень важно. Именно на его фоне нужно рассматривать предшествующее описание возникновения всех народов как единого целого, а не каких-то отдельных или даже многих народов. Отмеченный подход приводит к необходимости принципиального сопоставления еврейской истории с мировой. Уже в рассказе об Аврааме содержится концепция связи истории евреев с центральными событиями, которые происходят с другими народами. Эта концепция сохраняется в библейском тексте, где евреи оказываются вовлеченными в самую гущу вселенских событий. Столкновение Израиля с такими мировыми государствами, как Египет, Ассирия и Вавилон отражает следование Танаха заложенному в самом начале принципу. Однако любопытно, что этот принцип действует на протяжении всей истории и за пределами собственно текста Танаха. Отношения евреев с государством Ахеменидов, с эллинистическими империями, с Римом, возникновение из недр иудаизма двух мировых религий, участие евреев и Израиля в центральных событиях мировой истории Нового и Новейшего времен - все это свидетельствует о том, что заложенный в основании истории принцип работает до сих пор. Одним из его проявлений является принцип диаспорности еврейской истории. В этом же контексте нужно и рассматривать рассказ об исходе евреев из Египта.

Исход из Египта Повеление помнить об исходе из Египта является, пожалуй, одной из наиболее часто встречающихся заповедей Торы. Она десятки раз повторяется в разных контекстах в Пятикнижии, ее осуществление является содержанием большинства еврейских праздников (Шаббат, новомесячье, Песах, Шавуот, Суккот). Уже сам факт существования исторических праздников говорит об особом отношении иудаизма к истории. Что касается Песаха, то он просто содержит тщательно разработанный ритуал сохранения исторической памяти. Учитывая данное обстоятельство, нужно разобраться в самой значимости Исхода как события еврейской метаистории. Первое, что стоит сказать по данному поводу: заповеди, связанные с темой исхода из Египта, требуют от еврейского народа существования твердой и устойчивой исторической памяти. Основой этой памяти является идея свободы. Весь народ Израиля с этой точки зрения - народ бывших рабов, вышедших на свободу. Такая самооценка всегда удивляла и историков, и теологов. Она абсолютно не согласуется, например, с древнегреческим или европейским идеалом доблести. Что хорошего - быть потомком раба? Однако в контексте иудаизма действует совершенно иная мораль, которая не предполагает для человека полной свободы. Человек, по определению, является ограниченным существом, зависимым от природы, от жизненных обстоятельств и от самого себя. В этом отношении идея исхода из Египта обозначает переход из состояния рабства по отношению к природе, людям и языческим богам к служению Богу. Однако такая смена формы зависимости является с точки зрения иудаизма, настоящим обретением свободы. Об этом у великого философа еврейской истории поэта Иехуды хаЛеви сказано:

О термине «метаистория» см.: Уайт Х. Метаистория: Историческое воображение в Евр пе XIX века. - Екатеринбург, 2002. Ср.: Фромм Эрих. Библейская концепция человека. http://kosilova.textdriven.com/narod/studia2/fromm.htm

Рабы времени - рабы рабов! Служащий Всевышнему свободен всегда! Поэтому, когда все люди искали свой удел, Моя душа сказала: «Мой удел - Всевышний!»

עַבְדֵי זְמַן עַבְדֵי עֲבָדִים הֵם,
עֶבֶד אֲדֹנָי הוּא לְבַד חָפְשִׁי.
עַל כֵּן בְּבַקֵּשׁ כָּל אֱנוֹשׁ חֶלְקוֹ,
"חֶלְקִי אֲדֹנָי!" אָמְרָה נַפְשִׁי.

Следует помнить не только то, что Египет являлся одним из могущественнейших и культурнейших государств древности, но и то, что его власть и культура были основаны на системе единого государственного рабовладения. В этом отношении политическая и культурная система древнего Израиля основана на сознательном противопоставлении древнеегипетской.

Девтерономическая история. Проповедь в совокупности с переоценкой ценностей Общепризнано, что книга Второзаконие (Дварим) содержит мощный историософский стержень, который в некоторых чертах определяет историческое движение еврейского народа в эпоху Первого Храма, а также в эпоху Вавилонского изгнания. Не вдаваясь здесь в подробности исследования данной темы в рамках библеистики (этому посвящена обширная литература), попробуем охарактеризовать некоторые черты книги Второзаконие, содержащие в себе элементы исторического мышления. Одним из главных моментов является жанровая специфика данной книги. В отличие от первых четырех книг Пятикнижия, представляющих собой повествование с включенными в него законодательными положениями, основной жанр Второзакония - это проповедь. Почти вся книга, кроме заключительного отрывка, представляет собой речь Моисея, обращенную к народу Израиля перед вступлением в Землю обетованную. Хотя эта речь и содержит иную интерпретацию отдельных событий, описанных в предыдущих книгах, главное ее содержание состоит в изложении своего рода общей теологии библейского иудаизма и историософии еврейского народа. Рассмотрим известный фрагмент из четвертой главы: (32) Ибо спроси о временах первоначальных, которые были до тебя, со дня, в который Бог сотворил человека на земле, и от края неба до края неба: сбылось ли когда подобное этому великому делу, или слыхано ли подобное сему? (33) Слышал ли народ глас Бога, говорящего из среды огня, - как слышал ты, - и остался в живых? (34) Или попыталось ли божество явиться взять себе народ из среды народа испытаниями, знамениями, и чудесами, и войною, и рукою крепкою, и мышцею простертою, и ужасами великими, как все, что сделал для вас Господь, Бог ваш, в Египте пред глазами твоими? (35) Тебе дано было видеть, чтобы ты знал, что Господь есть Бог, нет более, кроме Него. Характерное «сшивание» концепции завета, договора между Богом и народом Израиля, с историей, содержащееся в данном фрагменте, остается одной из важнейших доминант еврейского историзма. Эта концепция рассматривается в книге Второзаконие с самых разных сторон, трансформируется в последующие эпохи, но доживает до нашего времени.

Исторические книги Танаха Существенная часть Танаха представляет собой последовательное изложение древнееврейской истории. В отличие от более поздних исторических памятников, а в особенности от современной историографии, исторические книги Танаха не озабочены строгим и систематическим изложением материала. История является, скорее, одним из элементов рассказа: наряду с чисто литературными, теологическими, законодательными, бытовыми подробностями, она занимает в общем повествовании свое важное место, но не более того. Тем не менее именно библейская история в значительной степени формирует мировоззрение современного человечества и особенно еврейского народа. Отметим здесь несколько существенных черт этого мировоззрения:

• Связь истории с нравственными религиозными основаниями. Взаимодействие Бога и человека в истории.
• «Человечность» истории. Все действующие лица в исторических книгах Танаха являются людьми со своими человеческими качествами. Никто, включая великих пророков и царей, не превращается в культовую фигуру.

Направленность истории в будущее. Напряженное ожидание осуществления в истории религиозных, нравственных и политических идеалов. Все эти стороны древнееврейского историзма послужили материалом для формирования как последующей еврейской культуры, так и мирового исторического мышления.

---

Этот материал - часть книги «Еврейская история». Смотрите также другие пособия антологии.