Материал из книги «Еврейская семья» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Взросление. Бар-мицва и бат-мицва
Бар-мицва – определение термина и основные аспекты празднования Бар-мицва (буквально «сын заповеди») – мальчик, достигший возраста тринадцати лет и одного дня и считающийся физически взрослым, а потому правомочным и обязанным исполнять все религиозные заповеди. Так же называется церемония перехода в состояние бар-мицва и сопровождающий ее праздник. Девочки считаются с этой точки зрения совершеннолетними (бат-мицва, «дочь заповеди») на год раньше – в двенадцать лет. Возраст этот указан в различных местах Талмуда (см., напр.: Киддушин 16б). Мидраш (Берешит Рабба, 23) говорит о стихе «И выросли сыновья…» (Быт. 25:27): До тринадцати лет Эсав и Яаков вместе ходили в школу и возвращались домой; но когда им исполнилось тринадцать лет, один пошел в бет-мидраш учить Тору, а другой – в идолопоклоннический храм. Рабби Элиэзер об этом говорит: до тринадцати лет на отце лежит обязанность воспитывать сына; после этого он должен сказать: «Благословен Господь, который избавил меня от ответственности за этого мальчика». Приобретаемые права и обязанности включают: •
Моральную ответственность за свои действия.
Право обладать собственностью.
Для мальчиков – право быть вызванным к чтению Торы и участвовать в миньяне.
Обязанность соблюдения всех законов Торы Актом, символизирующим – как для мальчика, достигшего положенного возраста, так и для всей общины – принятие им прав и обязанностей члена общины, является приглашение этого мальчика к чтению Торы в синагоге. Его отец, также приглашаемый к чтению Торы, произносит формулу: «Благословен Тот, который снял с меня ответственность за этого мальчика» (то есть за сына). В ортодоксальных синагогах к Торе вызывают только мужчин-евреев, достигших возраста тринадцати лет. Чтение Торы в синагоге происходит каждую субботу и каждый праздник, а также по понедельникам и четвергам. Соответственно, достигшего бар-мицвы мальчика вызывают к Торе в первый из этих дней после его тринадцатилетия. Многие предпочитают делать это в первую субботу, когда в синагоге более праздничная атмосфера. Вообще вызванный к Торе вовсе не обязательно читает ее по свитку. Для этого есть специальный чтец – баал коре, умеющий это хорошо делать. Вызванный должен только сказать соответствующие благословения. Но стало уже довольно установившейся традицией, чтобы бар-мицва сам прочел по свитку какой-нибудь отрывок из недельного раздела, на который приходится его тринадцатилетие. Читать Тору по свитку совсем не просто. К этому нужно специально готовиться. Те, кто хочет прочесть весь недельный раздел, обычно несколько месяцев готовятся с учителем или по кассетам. Можно читать часть раздела или только его последний, обычно маленький, отрывок – мафтир. После завершения утренней службы устраивается праздничный киддуш, и в тот же или на следующий день (либо в любой другой день вскоре после тринадцатилетия) – торжественный банкет. Часто мальчик произносит в синагоге или во время банкета специально подготовленную речь на галахическую тему или на тему общего характера. Главная ритуальная обязанность, которую должен выполнять мальчик со дня бар-мицвы, состоит в ежедневном возложении тфиллин во время утренней молитвы. Празднующему бар-мицву принято дарить подарки. Традиционными подарками являются книги, имеющие религиозную или образовательную ценность, предметы религиозного обихода, но дарят и любые другие вещи: туристское или спортивное оборудование, одежду, электронные приборы, диски. История развития традиции
Современная практика празднования бар-мицвы не существовала во времена Танаха. В книгах Исход и Числа возраст совершеннолетия для службы в армии устанавливается на отметке в двадцать лет. Тринадцать лет указывается в Мишне как возраст, после достижения которого человек обязан соблюдать законы Торы: «С пяти лет – изучают Письменную Тору, с десяти – Мишну, с тринадцати лет – исполняют все заповеди» (Авот 5:21). Термин «бар-мицва» впервые появляется в Талмуде для обозначения человека, к которому применимы законы Торы. В Талмуде (Нид. 46а) сказано, что после достижения тринадцати лет, клятвы мальчика приобретают юридическую силу, и говорится, что это результат его становления мужчиной (в отрывке Торы, говорящем о клятвах (Чис. 6:2), сказано иш (мужчина).
Смысл понятия бар- и бат- мицва Бар- и бат-мицва – это совершеннолетие. Непосредственный смысл понятия «бар-мицва» состоит, как уже было сказано, в том, что человек отныне обязан соблюдать мицвот. Можно ли считать это совершеннолетием? Обычно совершеннолетием мы называем такой возраст, когда человек получает всю полноту гражданских прав. Понятно, что мальчик тринадцати и девочка двенадцати лет в этом смысле еще не стали совершеннолетними. Что же произошло с ними в этот срок? Они стали обязаны по закону Торы выполнять все заповеди. В каком смысле мужчина становится взрослым в тринадцать лет и один день? В том смысле, что все обязательства, которые он на себя примет, помимо заповедей Торы, которые и так на него легли, действительны, потому что он уже считается человеком, обладающим собственным мнением, в отличие от ребенка, который может иметь желания и выполнять физические действия, но мнения он еще, по закону Галахи, не имеет.
Одним из центральных моментов празднования бар-мицвы считается вызывание к чтению Торы. После того, как бар-мицва был вызван к Торе и сказал свои благословения, принято, чтобы его отец (именно в этот момент) произнес: «Благословен освободивший меня от наказания, которое этому (или за это)». Это означает: я благодарю Тебя, Всевышний, за то, что ты меня, отца, освободил от наказания в том случае, если мой сын поведет себя не так, как надо, и с другой стороны, я благодарю Тебя, что ты меня освободил от того, что он, не дай Бог, может быть наказан за меня. Таким образом, здесь присутствуют две стороны совершившегося. Пока ребенок – мальчик или девочка – находится в статусе малолетнего, в действие не вступает важнейший принцип: сыновья не будут наказаны за отцов и отцы не будут наказаны за сыновей, потому что дальше Тора говорит: «Каждый умрет за свой грех».
Бат-мицва Смысл бат-мицвы, как и бар-мицвы – совершеннолетие, то есть прежде всего ответственность за все поступки и обязанность соблюдать все заповеди. Празднование бат-мицвы по аналогии с бар-мицвой известно лишь с XIX века; впервые было введено во Франции и Италии и только в новейшее время широко распространилось в других странах. Формы церемонии бат-мицвы разнообразны: в некоторых общинах (в неортодоксальных и ортодоксальных феминистских) девочки читают хафтару и молитвы в синагогальной службе; в других случаях празднование ограничено лишь домом и школой. Некоторые ортодоксальные авторитеты решительно возражают против общественного празднования бат-мицвы. В Израиле в большинстве синагог отца девочки и ее совершеннолетних братьев вызывают к чтению Торы, после чего произносится проповедь, после молитвы в субботу делается киддуш, а затем, в какойнибудь другой день, устраивается празднование, которое (так же, как и празднование бар-мицвы) может быть пышным, а может – и скромным, в зависимости от желания и возможностей семьи.
Еврейская педагогика: история и основы воспитания
Еврейская педагогика История В религиозной традиции система еврейского образования существует не менее трех тысяч лет. В основу еврейского воспитания было положено привитие социальных, трудовых и религиозно-культовых навыков преимущественно через участие детей в семейной и общинной деятельности. Тора особо подчеркивает ответственность отца за религиозное воспитание детей и вменяет в обязанность главе семьи обучать детей заповедям (Втор. 6:7, 11–19). Комментарий «Мешех Хохма» отмечает, что слова из книги Бытие (18:19): «Ибо Я избрал его [Авраама], чтобы он заповедовал сынам своим <…> соблюдать путь Господень, творя добро и правосудие» – это уже неявная заповедь обучать детей иудаизму. В дидактических произведениях эпохи Второго храма уделяется много внимания проблемам воспитания. В книге Притчей Соломоновых от родителей требуется воспитывать детей в духе добродетели и формировать у них навыки, необходимые для жизненного преуспевания. Среди качеств, которые следует прививать юноше, основными являются трудолюбие, воздержание от излишеств, верность в дружбе, послушание старшим (в первую очередь уважение и повиновение родителям), милосердие к бедняку, честность в делах; однако решающее значение придается мудрости. В воспитании девушки идеалом служит эшет хаил – добродетельная супруга и энергичная хозяйка дома. Воспитательная роль учителя, под наблюдением которого дети находились с раннего утра до вечера, была необычайно велика, и потому в Талмуде уделено большое внимание вопросу о том, какими качествами и способностями должен обладать учитель. В книге Притчей Соломоновых много места уделяется воспитанию детей родителями (Пр. 1:8; 4:1,4; 6:20; 31:1), наставлению юношества (Пр. 22:6), а также рекомендуются методы воспитания, в том числе и телесные наказания – для непокорных детей или нерадивых учеников (Пр. 13:24; 19:18; 23:13–14; 29:15, 17; ср. Бен-Сира 7:25; 30:1). В качестве наставников в Библии выступают отец, иногда также и мать, старейшина, кохен. Обучение мальчика отцом рекомендовалось начинать с самого раннего возраста (Сиф. Втор., Экев 46), а в школах – с шести-семи лет (ББ. 21а). Там же было определено и оптимальное число учеников у одного учителя – двадцать пять. Одновременно проявлялось стремление принимать во внимание различные способности учеников: с особо одаренными разрешалось учить Мишну и Гемару с более раннего возраста (иногда с шести лет). От учителя требовалось терпение, готовность повторять объяснения, а от ученика – не быть стеснительным и не бояться признать, что он чего-то не понял. Талмуд рекомендует приобретать знания у многих учителей (Ав. Зар. 19). В талмудической литературе наблюдается тенденция к ограничению применения телесного наказания в воспитательных целях. Традиционная еврейская концепция воспитания указывает начальный возраст обучения, но не предельный, так как человек должен учиться всю жизнь. В иешивах выработалась система обучения, в основе которой лежали следующие педагогические принципы: сочетание самостоятельного изучения с обязательным присутствием на занятиях, где наставник разъяснял трудные места Талмуда; общая дискуссия как средство обучения; стремление учиться у многих учителей (поощрялся периодический переход из одной иешивы в другую); ознакомление с новыми методами изучения текста и толкованиями, при котором не только ученик перенимал знания от наставника, но и учитель обучался у ученика.
Роль приобретения знаний и учения Для того чтобы жить правильно, нужно понимать, что значит «правильно». Знание ценно, но оно должно быть для чего-то нужно: «Знание само по себе нейтрально, чтобы быть ценным, оно должно быть знанием-в-отношении-к-кому(чему)-либо» (Сперо Дж. Д. Учиться и учить: философия еврейского образования. Нью-Йорк, 1983).
Знание обретает ценность только тогда, когда его применяют, когда оно имеет отношение к моральному намерению, например знание смысла закона. Учение – как путь к знанию – становится, таким образом, основой еврейской морали: «Знание само по себе должно вести к более глубокому измерению ценностей и моральных оценок» (там же). Учению придавалось большое значение на протяжении всей долгой традиции еврейского воспитания. Объясняя слова библейского стиха (Пс. 105:15 и – тот же стих – I Хр. 16:22): «Не трогайте помазанников Моих…», Рав говорит: «Помазанники – это дети, начавшие обучение у рава». Талмуд (Шаб. 119б) добавляет: «Мир продолжает существовать лишь благодаря дыханию уст учеников…»
Основы еврейского воспитания Как уже говорилось выше, основной фактор воспитания – это личный пример, а основное свойство семьи – это отношение взаимности. Родители заботятся о детях, пока они маленькие, кормят их, поят, и в ответ на это выросшие дети должны заботиться о своих старых родителях. Трактат Киддушин так формулирует это: «Сын должен также заботиться о родителях, и это проявляется в пяти вещах: он его кормит, поит, одевает, обувает и водит». Не правда ли, очень похоже на обращение родителей с детьми? И так это отношение взаимности переходит из поколения в поколение. Можно расширить и обобщить эти отношения взаимной заботы и сказать, что так же воспитываются и все личные качества, происходит приучение к добрым поступкам и к исполнению всех заповедей. Еще одна важнейшая функция родителей – передавать Тору из поколения в поколение. Обсуждая подробности этой заповеди (на ком она лежит, к кому в первую очередь относится), Талмуд отмечает, что, хотя обязанность учить сына Торе лежит на отце, мать тоже играет в этом роль: она «уговаривает», убеждает его, побуждает сделать Тору частью своего образа жизни. В книге Экклесиаст (4:12) сказано: «Нить тройная не скоро порвется». Все то время, что семья и воспитание детей в ней держится на тех троих, которые участвовали в рождении этих детей – отце, матери и Всевышнем, она стоит на твердой основе и является надежным звеном в цепочке поколений.
Януш Корчак и основы его педагогического подхода
Януш Корчак и основы его педагогического подход Януш Корчак (Генрик Гольдшмит, 1878–1942) – известный польский писатель, врач и педагог, создатель современной гуманистической педагогической системы, основанной на ненасилии, уважении и любви к ребенку; был директором двух воспитательных учреждений для детей-сирот в Варшаве – Дома сирот (1911) и «Нашего дома» (1919). Свои взгляды на воспитание детей Корчак впервые изложил в педагогическом труде «Школа жизни», а позже – в получившей широкую известность книге «Как любить ребенка». В 1908 году Корчак вступает в благотворительную еврейскую организацию «Помощь сиротам», быстро становится там незаменимым членом правления и душой маленького приюта для сирот. Благодаря Корчаку этот приют превратился в замечательное учреждение. В 1940 году гитлеровская администрация переселила весь Дом сирот с Корчаком и его восемью сотрудниками в Варшавское гетто. Впереди был лагерь смерти в Треблинке. Сотни людей пытались спасти Корчака. Польские воспитанники и бывшие коллеги неоднократно подготавливали ему побег из гетто, но он не соглашался на это. 6 августа 1942 года Януш Корчак, отказавшись от предложенной ему в последнюю минуту свободы, предпочел остаться со своими детьми и погиб вместе с ними и с сотрудниками Дома сирот в одной из газовых камер лагеря смерти в Треблинке. Разрабатывая свою педагогическую концепцию, Я. Корчак обращался к находкам известных еврейских и нееврейских педагогов прошлого, а также своих современников. Основные принципы Корчака-педагога:
1. Идея абсолютной ценности детства Корчак создал ценностный гармоный образ детства – самой радостной, счастливой и невозвратимой поры жизни человека.
Он развил свой взгляд на детство как на «идеал гармонии» и на ребенка как на «первообраз гармонии, правды, красоты и добра». Я. Корчак неоднократно подчеркивал значение счастливого, радостного детства в формировании личности, считая, что без переживания во всей полноте детства вся жизнь человека окажется искалеченной. Поэтому одной из важнейших задач педагогов он считал обеспечение такой жизнедеятельности учреждения, которая помогла бы воспитанникам хотя бы в течение нескольких лет познать радость детства. Идея абсолютной ценности детства легла в основу важнейшего принципа его воспитательной системы – уважения личности и прав ребенка.
2. Идея гармонического развития ребенка Главной целью воспитания польский еврейский педагог считал благо ребенка и необходимость «обеспечить детям свободу гармонического развития всех духовных сил, высвободить всю полноту скрытых возможностей, воспитать в уважении к добру, к красоте, к свободе». Воспитание ребенка для Корчака – «это не милая забава, а дело, требующее капиталовложений – тяжких переживаний, забот, бессонных ночей и много, много мыслей…»
3. Взгляд на воспитание как на главный путь преобразования обществен‑ ного устройства Корчак исходил из убеждения, что изменение мира, несовершенных общественных отношений и норм возможно только через воспитание нового поколения, и «осуществлять это воспитание надо с мыслью об иной, реформированной действительности».
4. Отрицание авторитарного воспитания Система Корчака отрицает авторитарное воспитание и ориентирована на сочетание воспитания и самовоспитания.
«Давление мы хотим заменить добровольным приспособлением личности к формам коллективной жизни, мертвую мораль заменить радостным стремлением к самосовершенствованию и самовоспитанию. Не формировать и переделывать, а понять и договориться мы хотим с ребенком… Создать их собственную жизнь, испытать силы, моральную стойкость и тенденции развития. На первом плане ставим познание»,– писал Корчак. Деспотизм и тирания в воспитании, считал он, должны быть заменены любовью к воспитаннику. Для Корчака еврейская заповедь о любви к ближнему – не абстракция, а реальность педагогической действительности, «гармония, простор, свобода». Он отвергал все формы насилия в воспитании, считая опасным не только прямое, физическое, насилие, но и угрозы, необоснованные запреты, запугивание детей и т. п. В выборе методов воспитания он предлагал придерживаться принципа врачебной этики – «не навреди». Считая, что «воспитания без участия в нем самого ребенка не существует», Корчак одну из главных задач воспитания видел в развитии в детях стремления к самовоспитанию, самосовершенствованию. Развитие стремления к самовоспитанию, считал он, надо начинать с оказания помощи ребенку в познании самого себя. Однако путь ребенка к самовоспитанию и самопознанию лежит через подобные процессы в личности педагога. Главной целью воспитания в детских домах Корчака было объявлено благо ребенка и воспитание активной и самостоятельной личности с развитыми гуманистическими качествами. Важнейшими принципами его воспитательной системы стали: уважение к личности ребенка и доверие к нему; взаимодействие воспитания и самовоспитания; безоговорочное соблюдение прав ребенка, особенно ребенка, требующего опеки, нуждающегося в мудрой любви и разумном воспитании («…права ребенка на уважение его незнания и труда познания, его неудач и слез, тайн и отклонений тяжелой работы роста, текущего часа и сегодняшнего дня, мистерии исправления, усилий и доверчивости; права ребенка быть тем, что он есть; права на участие в рассуждениях о нем и приговорах, на внимательное отношение к его проблемам, на высказывание своих мыслей, на самостоятельную организацию своей жизни, на использование своих достоинств и сокрытие своих недостатков, на протест, на ошибку, на тайну, на движение, на собственность, на игру, на смерть»).
Разделяя идею свободы как одного из важных условий успешного развития ребенка, Корчак в то же время отвергал две крайности в воспитании – деспотизм и полную свободу. В воспитательных системах «Нашего дома» и Дома сирот нашла реализацию его идея «разумного воспитания». Главными характеристиками «разумного воспитания» педагог называл бескорыстие, формирование конкретного и диалектического видения ребенка, постоянное и глубокое изучение его, понимание и терпимость воспитателя во взаимоотношениях с детьми. Основным методом разумного воспитания он считал метод ослабления отрицательных и развития положительных черт характера ребенка. Принцип взаимодействия разумного воспитания и самовоспитания детей стал одним из основополагающих в его детских домах наравне с принципом уважения личности и прав ребенка.
Этот материал — часть книги «Еврейская семья». Смотрите также другие пособия антологии.