Материал из книги «Еврейские местечки, города, общины» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Глава 2. И. Дворкин. Еврейская культура Восточной Европы
Центры учености в XVI–XVII веках К середине XVII века на территории Речи Посполитой было более ста городов со значительным еврейским населением. Несмотря на резню, которую учинили войска Хмельницкого в 1648–1649 годах, а также погромы, организованные гайдамаками в XVIII веке, количество еврейских городов и местечек в течение XVIII и XIX века неуклонно росло, так что к началу XX века на этой территории имелось уже несколько тысяч населенных пунктов, где евреи составляли основное население. О роли городов и местечек в хозяйственной жизни края мы немного уже рассказали, а каково было их значение в области культуры? Рассмотрим несколько карт, отражающих развитие еврейской учености и духовной жизни восточно-европейских евреев на протяжении последних столетий. Начнем с Речи Посполитой XVI–XVII веков. Карта 10. Еврейские общины Речи Посполитой
Наиболее важным центром еврейской учености Польши в это время был столичный город Краков. Здесь в Казимеже, еврейском предместье города, уже в 1503 году выдающимся ученым Яковом Поллаком (1460/70–1522?) была создана иешива, в которой позднее преподаваматериалам Государственного архива Российской Федерации и еврейской прессы на идиш и русском). – М., 1996. ли такие признанные религиозные лидеры польского еврейства, как Моше Иссерлес (1525–1572), Натан Ната Шапиро (1585–1633), Иоэль Сиркес (1561–1640), Иом-Тов Липман Геллер (1579–1654) и многие другие.
На протяжении XVI века влиятельные иешивы появились в Люблине, Остроге, Бресте. Очень часто ученые из Кракова становились раввинами в других городах Польши, где вокруг них складывались новые группы учеников. Таким образом, в значительной еврейской общине могло действовать даже несколько иешив. Так, рабби Шалом-Шахна бен Иосеф (1510?–1550?), учившийся у рабби Якова Поллака в Кракове, создал свою иешиву в Люблине, где у него учился рабби Моше Иссерлес, который, вернувшись в родной Краков, создал там собственную иешиву, блиставшую на весь тогдашний еврейский мир. Другой знаменитый польский раввин XVI века рабби Шломо бен Иехиэль Лурия (1510–1573) учился в Остроге, затем преподавал в БрестЛитовске, а в конце жизни возглавлял иешиву рабби Шалома-Шахна в Люблине. Рабби Шмуэль Элиэзер бен Иехуда ха-Леви, известный как Шмуэль Эдельс или Махарша (1555–1631), один из величайших еврейских ученых второй половины XVI века, был раввином в Кракове, Познани, Хелме, Люблине, а также возглавлял знаменитую иешиву в Остроге. Он был не только выдающимся талмудистом, но и чрезвычайно яркой личностью. Многочисленные истории о нем сохранились до настоящего времени. Кроме занятий галахой и составления комментариев к Талмуду, он написал исследование по агаде и составлял религиозные поэтические тексты – пиюты. Родившийся в Люблине рабби Иоэль бен Шмуэль Сиркес, которого обычно называют по написанной им книге «Баит Хадаш» – Бах, возглавлял иешивы в Бресте, Пружанах, Меджибоже, Кракове. Его ученик, рабби Давид бен Шмуэль ха-Леви Сегал (1586–1667) из ВладимираВолынского, возглавлял иешиву в Остроге и в других городах, пока не стал раввином общины Львова. Давид Сегал известен в еврейской традиции как Турей Захав («Золотые ряды»), по названию своего главного сочинения. Любопытно, что старая синагога во Львове была названа в его честь «Турей Захав», а синагога в Меджибоже известна как «синагога Баха» – в память об учителе Давида Сегала, рабби Иоэле Сиркесе. Очень часто в польских городах поселялись знаменитые раввины из других стран.
Для еврейских ученых этой эпохи государственные границы не являлись препятствием. Многие пражские раввины сыграли важную роль в развитии талмудической учености в Польше. Сам Яков Поллак, до того как поселился в Кракове, возглавлял иешиву в Праге. Еще большую известность получил легендарный рабби Иехуда Лива бен Бецалел, известный как Магарал из Праги (1512?–1609). Он родился в Польше, но значительную часть своей жизни занимал пост раввина в Праге. Магарал, безусловно, является одной из наиболее значительных личностей XVI века. Кроме его многочисленных сочинений, которые до сих пор широко изучаются во всем еврейском мире, сохранились разнообразные фольклорные истории о нем. Мордехай бен Авраам Яффе (1535–1612) родился в Праге, но предпочел изучать Тору в иешивах Польши. Став прославленным ученым, он возглавлял иешивы в Люблине, Кременце, Гродно. Некоторое время жил в Венеции. Его знаменитая книга «Левуш малхут» является своеобразным компендиумом знаний в разных областях иудаизма. Иешаяху бен Авраам ха-Леви Горовиц (1565?–1630?) тоже родился в Праге, был раввином в Дубно, Остроге, Праге, Франкфурте-на-Майне. В 1621 году переселился в Землю Израиля. Его книга «Шней лухот хабрит» («Две скрижали завета») является одним из наиболее популярных сочинений по иудаизму, написанных в XVII веке. Иом-Тов Липман бен Натан ха-Леви Геллер (1579–1654) переехал из Германии сначала в Прагу, а затем в Польшу, во Владимир-Волынский и Немиров. Более всего известен своими комментариями к Мишне «Тосафот Йом Тов». Все перечисленные и многие другие раввины провели жизнь, полную скитаний по городам и местечкам Польши и Литвы, иногда оказываясь и в Германии, Италии, Турции и других странах. Как правило, они сочетали всеобъемлющие познания в Торе с общей образованностью. Нередко, помимо выполнения функций раввина и ученых занятий, они вели активную общественную деятельность.
Об этой эпохе не без оснований говорят как о «золотом веке». Однако этот «золотой век» закончился для польского еврейства в 1648 году погромами Богдана Хмельницкого, которые разрушили большинство еврейских общин Украины. События тех лет зафиксированы в нескольких хрониках. Самая известная из них – «Иевен мецула» («Пучина бездонная») написана выдающимся раввином середины XVII века Натаном Натой Ханновером. Его отец рабби Моше Ханновер и учитель рабби Шимшон из Острополя, как и многие другие, были убиты в погромах 1648 года. Спасаясь от армии Хмельницкого, Ханновер стал свидетелем и хронографом событий того времени. В конце XVII – начале XVIII веков еврейские общины Польши постепенно восстанавливают свои силы, но того уровня развития, на котором они находились в XVI веке, они уже не достигают.
Духовные движения в иудаизме Восточной Европы в XVIII–XIX веках Карта 11. Хасидизм, центры литовской учености и хаскалы на территории Польши и России
Несмотря на все разрушения второй половины XVII века, в начале XVIII века в Польше не только продолжают действовать старые центры еврейской культуры, но появляются и новые. В Бродах действовал кружок ученых (клойз), который иногда называли «мудрецы Брод». В него входил и один из самых знаменитых талмудистов Восточной Европы XVIII века рабби Иехезкель бен Иехуда Ландау (1713–1793). Он учился в бродской иешиве, был даяном и раввином в Бродах и Ямполе, затем возглавил еврейскую общину Праги. Его книга «Нода бе-Иехуда» до сих пор пользуется большой популярностью в еврейских религиозных кругах. Крупным центром еврейской культуры был Луцк. В начале XVIII века город имел многочисленные иешивы и являлся крупным центром талмудической учености. Наряду с этим Луцк был одним из важных центров караимской учености. Одним из важнейших еврейских центров Волыни того времени являлся город Дубно. С ним, в частности, связано имя знаменитого дубненского магида Якова Кранца (1741–1804), уроженца Литвы, который получил образование в иешиве в Межириче. Его проповеди на языке идиш пользовались огромной популярностью. Не меньшую роль в еврейской жизни продолжала играть община Острога.
Начиная с конца XVIII века, все большую роль в развитии еврейской культуры Восточной Европы приобретает территория Литвы и современной Белоруссии. Община города Вильно (современный Вильнюс) известна своими учеными уже в XVII веке. Гродно, который уже давно являлся значительным центром, в начале XVIII века играет большую роль как в изучении Талмуда, так и еврейской мистики. Одним из выдающихся представителей мистического течения в Гродно был рабби Александр бен Моше Зискинд (умер в 1794 году). Еврейские общины Восточной Европы, ставшие жертвами кровавых войн и восстаний XVII–XVIII веков, оказались ареной драматических коллизий и в духовной сфере. В первую очередь мы имеем в виду лжемессианские движения, которые грозили разрушить иудаизм изнутри. Первое такое движение было связано с именем каббалиста из Смирны (Измир) Саббатая Цви (1626–1676), а второе – с именем подольского купца Якова Франка (1726–1791). Полемика с саббатианством и франкизмом в очень острой форме затронула еврейские общины Праги, Брод, Львова, Сатанова.
Сочетание высокого уровня культуры с серьезными испытаниями, которым подверглось еврейство Польши и Литвы в XVII–XVIII веках, привело к появлению на этой территории нескольких духовных течений, которые пытались по-своему ответить на вызовы времени. Первым из них был хасидизм, который возник в Подолии в середине XVIII века. Немного позднее в Литве распространилось движение, которое можно назвать литовской ученостью. Наконец, в конце XVIII века на территории современной Белоруссии и Украины стало развиваться Еврейское просвещение (Гаскала), родиной которого являлась Германия. Хасидизм возник в Подолии в середине XVIII века в результате деятельности выдающегося мистика и подвижника рабби Исраэля бен Элиэзера – Баал Шем Това, сокращенно Бешт (1700–1760). Особенность нового учения состояла в его удивительной способности аккумулировать почти все аспекты духовной жизни восточно-европейского еврейства. Обращенное к широким кругам еврейского общества, оно в большой степени опиралось на еврейскую талмудическую и мистическую традицию. Такие проявления еврейской духовной и материальной культуры, как устное литературное творчество, музыка, танец, кулинария – все оказалось вовлечено в практику хасидизма. Однако самое главное – хасидизм позволил по-новому взглянуть на содержание еврейской жизни и на устройство общины.
Наряду с переживавшими непростые времена городскими кагальными общинами, появились хасидские братства, объединенные вокруг учителя – цадика. Первым таким братством стала образовавшееся в Меджибоже вокруг Бешта «святое братство» (хаверта кадишта) – группа ближайших учеников и приверженцев нового движения. Ученики Баал Шем Това были людьми разного уровня учености и разных занятий. Среди них были выдающиеся раввины. Таким был один из первых учеников Бешта Яков Иосеф из Полонного (умер в 1782 году). Поначалу он являлся раввином города Шаргорода, но, встав на путь хасидизма, был изгнан консервативной шаргородской общиной. В дальнейшем он был раввином в Рашкове и Немирове, пока не занял место рава Полонного. Это произошло после смерти другого ученика Бешта рабби Арье Лейба из Полонного (ха-Мохиах), который умер в 1770 году. Другой выдающийся раввин, ученик Бешта Меир Маргалиот, возглавлял общину города Острога и содействовал распространению хасидизма на Волыни. Он умер в 1790 году. Рабби Пинхас бен Авраам Абба Шапиро из Кореца родился в Шклове в 1726 году в литовской раввинской семье. В юности познакомился с Бештом и стал его преданным учеником. Он был раввином в Кореце и в Остроге, собирался перебраться в Землю Израиля, но умер в Шепетовке в 1791 году. Его сын рабби Моше Шапиро создал в Славуте знаменитую типографию, которую впоследствии возглавляли его потомки. Интересна судьба шурина Бешта, рабби Авраама Гершона из Кут. Происходя из знатного рода и будучи раввином в Бродах, он поначалу относился очень недоброжелательно и к хасидизму, и к его создателю, которого считал простолюдином и невеждой. Согласно хасидскому преданию, он тем не менее вынужден был выдать замуж за Бешта свою сестру. Именно таким образом молодая чета попала на родину рабби Гершона в местечко Куты в Карпатах. Однако впоследствии Гершон Кутовер стал ревностным учеником и приверженцем своего зятя. В 1747 году он переселился в Землю Израиля и жил в Иерусалиме и Хевроне. Умер, как и Бешт, в 1760 году.
Центром хасидизма первого поколения являлся Меджибож. Сюда к Бешту приезжали последователи из разных уголков Подолии, Волыни и Галиции. Сам Баал Шем Тов со своими учениками тоже нередко отправлялся в странствия по городам и местечкам региона. Среди учеников Бешта было немало и жителей Меджибожа. Один из них, рабби Зеев Вольф Кицес, возглавил кружок меджибожских хасидов после смерти учителя. В 1760 году, после смерти Бешта, центр хасидизма переместился на Волынь. Отчасти это объясняется географическими обстоятельствами. Волынь к концу XVIII века начинает играть все большую роль в экономике края. Процветающие еврейские общины там имелись буквально по соседству друг с другом. Лидером второго поколения хасидизма становится рабби Дов Бер «Маггид» из Межирича (1704–1773). Вокруг него собираются как ученики Баал Шем Това, так и последователи самого Дов Бера, возглавившие группы хасидов в близлежащих городах. Среди наиболее важных хасидских центров того времени можно отметить волынские города Острог, Полонное, Шепетовку, Славуту, Корец, Судилков, Аннополь. Однако круг учеников Межиричского маггида был значительно шире. Хасидским раввином в Житомире стал рабби Зеев Вольф (умер в 1800 году). В Бердичеве обосновался один из самых знаменитых учеников Маггида рабби Леви Ицхак. Его книга «Кдушат Леви» до сих пор пользуется неизменным успехом. В последней трети XVIII века ученики Межерического маггида распространяют хасидизм почти по всей территории Восточной Европы. Первым хасидским учителем в Белоруссии, вероятно, был рабби Аарон бен Яков Великий из Карлина (1736–1772). Под его влиянием поначалу хасидов здесь называли карлинцами. Позднее лидером белорусского хасидизма стал рабби Менахем Мендел из Витебска (1730–1788), но в 1777 году переселися в Землю Израиля. Рабби Шнеур Залман из Ляд родился в 1745 году в Лиозно. Получив прекрасное талмудическое образование, он отправился на поиски мистических оснований иудаизма ко двору Межиричского магида и стал его преданным учеником. После 1777 года он фактически возглавил хасидизм в Белоруссии. Созданное им учение получило впоследствии название любавичского хасидизма, так как его сын и наследник – Дов Бер поселился в этом городе и превратил его в значимый хасидский центр. Другое название этого направления, которое сейчас известно всему миру, Хабад. Судьба любимых учеников Маггида – двух братьев Элимелеха и Зуси сложилась по-разному. Рабби Элимелех из Лежайска (1717–1787) становится одним из первых лидеров хасидизма в центральной Польше. Его учениками являлись: основоположник люблинской династии рабби Яков Ицхак из Люблина (1745–1815), так называемый «Люблинский провидец», рабби Моше Лейб из Сасова (1745–1807), Рабби Авраам Иехошуа Хешел из Апты (умер в 1825 году в Меджибоже) и многие другие. Что касается рабби Зуси, то он умер в Аннополе, где похоронен рядом со своим учителем рабби Дов Бером из Межирича. Год смерти Межиричского маггида – 1772. Это год первого раздела Польши, и таким образом его ученики и последователи оказались на территории различных государств, однако это не ослабило связи между ними. Большая группа хасидов поселяется и в Земле Израиля. Начинается третий этап хасидского движения. Для него уже не характерно объединение вокруг одного лидера. Хасидские направления, возглавляемые различными цадиками, распространяются по всей Восточной Европе, и везде возникают и развиваются специфические хасидские сообщества, несколько отличающиеся друг от друга по своему мировоззрению, характеру общины и жизненному укладу. Большинство хасидских групп оформились как отдельные сообщества, своего рода государства в государстве, только к середине XIX века. Разнородность хасидского мира сама по себе являлась удивительным феноменом, который немало способствовал расцвету разнообразных школ и направлений. Хасиды не только по-разному одевались, ели и пили, но по-разному пели, танцевали, рассказывали истории и т. д. Некоторые регионы разделенной между империями Польши стали своего рода культурными ареалами тех или иных хасидских направлений. Семейство Тверских – потомки рабби Менахема Нахума бен Цви из Чернобыля (1730–1797) обосновались в городах Киевского региона: Чернобыль, Сквира, Тальное, Коростышев, Макаров, Ротмистровка. В Подолии (Меджибож, Брацлав, Тульчин, Зиньков, Умань) было сильно влияние непосредственного окружения Баал Шем Това, а позднее обосновавшихся в Меджибоже потомков рабби Авраама Иехошуа Хешела из Апты. Одной из наиболее примечательных фигур в хасидизме в целом был правнук Баал Шем Това рабби Нахман из Брацлава (1772–1810). Он родился в Меджибоже и является создателем, пожалуй, самого популярного в последнее время учения – брацлавского хасидизма.
В Белоруссии утвердился хасидизм Хабад, возглавляемый потомками рабби Шнеура Залмана из Ляд. После того как правнук Межиричского маггида рабби Исраэль из Ружина бежал из России и поселился в предместье Черновцов Садгоре, его потомки распространили влияние ружинского (садигорского) хасидизма на регион Буковины: Чортков, Боян, Гусятин и т. д. Не нужно думать, что хасидская империя имела тотальный характер. Этим она существенно отличалась от империй, разделивших Польшу. В одном городе или местечке могли находиться представители совершенно разных хасидских направлений. Но самое главное – несмотря на весь успех хасидского движения, оно не стало единственно возможной формой иудаизма. Уже во времена Бешта у хасидизма имелись противники. В период руководства хасидской общиной Межиричским маггидом образовалась партия противников хасидизма, особенно сильная в Литве – так называемое движение митнагдим.
Борьбу с хасидизмом возглавил великий раввин, мистик и талмудист рабби Элияху бен Шломо Залман (Виленский Гаон (1720-1797)).
Нужно отметить, что противники хасидизма имелись почти во всех еврейских общинах, даже в колыбели хасидизма – Меджибоже. Последователи Гаона не ограничивались отрицанием тех или иных качеств хасидизма, они сформировали свое направление в иудаизме, которое можно условно назвать литовской ученостью. Основным местом распространения этого движения стали Белоруссия и Литва. Если основой распространения хасидизма являлись сплоченные вокруг цадиков общины, то форпостами литовского иудаизма стали большие иешивы нового типа, которые на протяжении XIX века повсеместно создавались на территории Российской империи, а впоследствии и по всему миру. Первая такая иешива была создана учеником Виленского Гаона рабби Хаимом из Воложина (1749–1821) в его родном городе Воложине. Воложинский иешибот был открыт в 1802 году и функционировал совершенно иначе, чем традиционные польские иешивы, о которых мы немного говорили выше.
Иешива, хотя и находилась в том или ином местечке, была автономным учебным центром с собственным режимом и собственным финансовым обеспечением. Ученики могли приезжать учиться в иешиве из любых регионов еврейского мира. Программа занятий отражала сформировавшуюся в данной иешиве традицию изучения Торы. На протяжении XIX века крупные иешивы создаются во многих городах Белоруссии и Литвы. Самые известные из них в Мире (1815), Тельшяе (еврейское название Телз) (1875), в Радине (1882), в Новогрудке (Новардок), Поневеже (1896). В 1882 году в пригороде города Ковно (Каунас) Слободка была основана иешива, построенная на принципах и идеалах учения еврейской этики (мусар), созданного рабби Исраэлем Салантером (1810–1883). Движение мусар проникает в ряд литовских иешив, обретая в каждой несколько отличные формы, так что говорят о мирском, новогрудском, кельмском мусаре. Литовские иешивы отличались не только подходами к изучению этики, но, что не менее важно, методами изучения Торы.
Город Брест-Литовск (Бриск) как великий центр еврейской учености был известен по крайней мере с XVI века. В XIX веке Брест прославился благодаря деятельности в нем рабби Хаима Соловейчика (1853–1918), который разработал особый подход к изучению Талмуда, называемый сейчас методом Бриска. Скажем несколько слов о распространении третьего из перечисленных нами выше духовных движений – Гаскалы. Хотя Гаскала как специфическое учение возникла в Германии, но для ее распространения в Польше, а затем и в России имелись как внешние, так и внутренние основания.
Готовность сочетать в тех или иных формах Тору с общечеловеческой культурой издавна была присуща значительной части раввинов разных стран. Рассказывают, что такая тенденция имелась и у лидера литовского еврейства Виленского Гаона. В отличие от немецкой Гаскалы, Гаскала белорусская, в том виде, в каком она возникла во второй половине XVIII века, не ставила своей задачей модернизировать иудаизм и привести его в соответствие с обычаями, принятыми у окружающих христианских народов. Созданная группой еврейских интеллектуалов близких к кругу Виленского Гаона в селе Устье (неподалеку от города Шклова) академия так называемых шкловских маскилим вообще не входила в противостояние с еврейской традицией. Ее цель состояла в изучении Торы и некоторых светских наук.
Однако впоследствии Гаскала оказалась в резкой оппозиции к традиционной общине. Вся парадоксальность распространения идей Гаскалы в России состояла в том, что, с одной стороны, к европейскому образованию стремилось все больше евреев, а с другой стороны, лидеры Еврейского просвещения часто пытались использовать в целом антиеврейски настроенные власти для реализации своих идей. Обе тенденции привели к тому, что центрами хасидизма и раввинистической учености были преимущественно местечки и небольшие провинциальные города, а центрами Гаскалы – большие города, такие как Вильно, Шклов, Житомир, Одесса. Такое положение вещей было характерно не только для России, но и для Австро-Венгрии (Броды,
Черновцы, Львов и т. д.). Подводя итог, отметим, что еврейская диаспора на территории Восточной Европы породила удивительный феномен, который мы могли бы назвать духовной географией.
Суть этого феномена в том, что те или иные интеллектуальные и духовные движения фактически распределились между различными городами и областями региона, превратив географическую карту в карту культуры.
Этот материал — часть книги «Еврейские местечки, города, общины». Смотрите также другие пособия антологии.