Материал из книги «Еврейская история» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
9. Духовная жизнь и интеллектуальные конфликты эпохи Второго Храма
Автор: Илья Дворкин Фокусировка темы: Идеологические конфликты эпохи Второго Храма отражали глубочайший духовный и интеллектуальный поиск, который в итоге завершился формированием талмудического иудаизма. Исторические реалии и источники: тексты Танаха, апокрифы, раннехристианская литература, археология эпох Второго Храма и Мишны, еврейская эллинистическая и кумранская литература. Эпоха Второго Храма в еврейской истории сопровождалась острыми интеллектуальными, религиозными и политическими конфликтами. Противостояние между иудаизмом и эллинизмом, выразившееся в Маккавейских войнах, привело к созданию независимого иудейского государства. Внутри этого государства имелся широкий спектр религиозных и политических воззрений. Сформулированное Флавием разделение еврейских партий на саддукеев, фарисеев и ессеев только отчасти отражает пеструю картину духовной жизни того времени. Разные партии различались в своей интерпретации иудаизма, в отношении к римским властям, в отношении к Храму. Значительное разнообразие мнений и подходов имелось и внутри каждой из групп. В конце эпохи Второго Храма в иудаизме выделилась как особая группа и раннехристианская община, которая впоследствии положила основание новой религии. Возможные темы для занятий: •
Столкновение с эллинизмом и формирование оснований иудаизма в эпоху Второго Храма.
По следам Иосифа Флавия: направления иудаизма эпохи Второго Храма.
Особенности жизни и учения кумранской общины.
Образование христианства как событие еврейской истории.
Связь интеллектуальных конфликтов в еврейском обществе с политическими событиями того времени.
Формы проведения занятия: лекция, беседа, диспут. Включение в общинные мероприятия: лекторий, факультатив, празднование Ханукки.
Пример проведения занятия По следам Иосифа Флавия: направления иудаизма эпохи Второго Храма Перечень еврейских сект, которые неоднократно упоминает Иосиф Флавий в «Иудейских древностях» и в «Иудейской войне», стал своего рода отправной точкой в большинстве исторических исследований, посвященных евреям эпохи Второго Храма. Согласно утверждению Флавия, три секты (фарисеи, саддукеи, ессеи) представляют собой основные группы еврейского общества этой эпохи, различающиеся по мировоззрению. Все три направления, несомненно, имели место – это подтверждается и другими источниками, – но представленная Флавием картина, конечно, является упрощенной. Характерно при этом, что сами направления он рассматривает как своего рода «философские школы»: ессеи при этом ассоциируются с пифагорейцами, фарисеи – со стоиками, а саддукеи – с эпикурейцами. Приведем фрагмент из «Иудейских древностей».
Примеры
Текст 1. Краткое описание трех «философий» иудаизма В это время (период правления Ионатана, 152–143 годы до н. э. – прим.ред.) существовало среди евреев три секты, которые отличались различным друг от друга мировоззрением. Одна из этих сект называлась фарисейскою, другая саддукейскою, третья ессейскою. Фарисеи утверждают, что кое-что, хотя далеко и не всё, совершается по предопределению, иное же само по себе может случаться. Секта ессеев учит, что во всем проявляется мощь предопределения и что всё, постигающее людей, не может случаться без и помимо этого предопределения. Саддукеи, наконец, совершенно устраняют всё учение о предопределении, признавая его полную несостоятельность, отрицая его существование и нисколько не связывая с ним результатов человеческой деятельности. При этом они говорят, что всё лежит в наших собственных руках, так что мы сами являемся ответственными за наше благополучие, равно как сами вызываем на себя несчастья своей нерешимостью. (Иосиф Флавий «Иудейские древности», 13.5.9)
Сформулированные в данном отрывке различия в мировоззрении этих трех групп позволяют рассматривать все три направления как интеллектуальные, противостояние между которыми должно было носить чисто умозрительный, абстрактный характер. Однако на деле все эти группы претендовали на влияние в обществе и определение политики Иудеи во всех отношениях.
Чтобы посмотреть на ситуацию более широко, нужно воспользоваться дополнительными источниками, раскрывающими реальную политику и описывающими судьбу этих групп. Во-первых, нужно отметить, что все три партии, о которых говорит Флавий, были партиями религиозными. Несмотря на то что все они исповедовали иудаизм, отношение и к культу, и к служению у них было разным. Если основной центр деятельности первых двух групп по преимуществу находился в Иерусалиме, то главные события, связанные с ессеями, происходили в Иудейской пустыне, что наводит на мысль о связи их с Кумранской общиной, документы которой были обнаружены в 1948 году. Найденные в районе Кумрана рукописи свидетельствуют если не о тождестве, то о существенной близости кумранитов и ессеев. Географическая локализация ессеев имеет достаточно сложный характер. Наиболее радикальное ответвление секты проживало в Кумране, но ее значительная часть была разбросана по городам и деревням Земли Израиля, о чем среди прочего пишет Флавий. Ниже приводится текст, который получил название Дамасского документа. Он был найден задолго до 1948 года в Каирской Генизе, но, как было доказано исследователями, принадлежит к тому же кругу, что и рукописи, найденные в Кумране. Дамасский документ является своего рода конституцией для всех ессеев, а «Свиток общины» – для группы, проживавшей в Кумране.
Примеры
Текст 2. История отступничества Израиля и возникновение «праведного остатка» с точки зрения сектантовессев (1:1) А теперь слушайте, все, познавшие праведность, и вникайте в дела (2) Бога, ибо тяжба у Него со всей плотью и суд Он сотворит над всеми, отвергающими Его. (3) Ибо за их измену, за то, что покинули Его, Он скрыл свое лицо от Израиля и от Своего святилища (4) и предал их мечу. Но когда вспомнил Свой Завет с Первыми, то оставил остаток (5) Израилю и не предал их истреблению. И по конце пыла (или гнева) (через) триста (6) девяносто лет по предании их в руки Навуходоносора, царя Вавилона, (7) взыскал их и отрастил от Израиля и от Аарона корень насаждения, дабы наследовать (им) (8) Его землю и удобрить благим Его почву. Они поняли свое преступление и узнали, что (9) они – люди виновные, но были точно слепые и точно нащупывающие дорогу (10) двадцать лет. И Бог вник в их дела, ибо чистосердечно искали Его, (11) и поставил им Праведного наставника, чтобы направить их по пути Своего сердца и известил (12) последующие поколения о том, что Он сделал с последним поколением, с собранием отступников,(13) тех, кто свернул с пути. Это то время, о котором написано: «Как упрямая корова, (14) так упрям Израиль»; когда встал Человек глумления, который кропил Израиль (15) водою лжи и завел их в бездну без пути, чтобы унизить вечную высоту и чтобы уклониться (16) с троп праведности и чтобы сдвинуть границу, которую Первые провели в своем наследии, с тем, чтобы (17) запечатлеть на них клятвы Его Завета, чтобы предать их мечу мести мстителя за (18) Завет, за то, что домогались лести, предпочитали насмешки, и высматривали (19) бреши, предпочитали жирную шею, оправдывали нечестивца и обвиняли праведника; (20) заставляли преступать Завет и нарушали Закон, ополчались на душу праведника, и всеми ходящими (21) непорочно душа их гнушалась. Они гонялись за ними, чтобы (зарубить) мечом и радовались распре народа. И воспылал гнев (2: 1) Божий на их сообщество, чтобы обезлюдить их сонмище, а их дела – грязь перед Ним. (Дамасский документ 1:1–2:1)
Приведенный выше отрывок взят из первой части документа (так называемое наставление), и в нем описывается история возникновения секты с точки зрения самих сектантов. В их понимании, весь народ Израиля совратился с пути истинного, находится в духовной тьме и живет в грехе. Однако Бог не покинул Свой народ, а оставил «остаток» (то есть собственно сектантов – авторов этого документа), а также дал им предводителя, называемого в кумранских текстах Учителем праведности или Праведным учителем. Авторы текста рассматривают себя в качестве членов общины «Нового завета», который был заключен с ними Богом. В этом же контексте появляется Человек глумления, по всей видимости, предводитель фарисейской секты, кото-
Примеры рая здесь рассматривается в качестве главного оппонента ессеев. В других документах упоминаются прочие враги сектантов, например, Нечестивый священник – скорее всего, один из хасмонейских первосвященников. Вторая, не приведенная выше часть Дамасского документа содержит различные законы, основанные на Танахе, но интерпретируемые в соответствии с ессейским подходом. Она также полна полемики по отношению к неессейской Галахе. Как известно, представители Кумранской секты находились в жесткой оппозиции по отношению к хасмонейскому политическому и религиозному руководству страны. Не менее острая борьба велась в эту эпоху между фарисеями и саддукеями. Как отмечает Флавий, у них были расхождения по базовым мировоззренческим вопросам. Что характерно, эти расхождения не всегда формулировались в понятиях философии. Мишна приводит любопытный рассказ о споре между фарисеями и саддукеями о проблеме ритуальной чистоты и нечистоты, которая была важной для обеих групп. Как и большинство талмудических притч, данный текст через вполне материальные образы приводит к рассмотрению сложных интеллектуальных коллизий. Текст 3. Любовь, литература и проблема осквернения рук Саддукеи говорят: «Фарисеи, у нас на вас жалоба! Вы говорите: "Священные Писания оскверняют руки, а книги Гомера не оскверняют руки"». Сказал им раббан Иоханан Бен-Заккай: «Разве только эта жалоба есть у нас на фарисеев? Ведь они говорят: "Ослиные кости чисты, а кости первосвященника Иоханана – нечисты"». Сказали ему: «Их нечистота [была установлена] по причине любви – чтобы человек не делал из костей своих родителей половники». Он же сказал им: «Так и Священные Писания нечисты по причине любви к ним. А книги Гомера, потому как нелюбимы, – не оскверняют рук». (Мишна, Ядаим 4, 6)
Столкновения между фарисеями и саддукеями не ограничивались интеллектуальными спорами и затрагивали вопросы актуальной политики. В частности, фарисеи в 95 году до н. э. приняли участие в восстании против Александра Янная, который поддерживал саддукеев. После поражения восстания многие фарисеи были казнены. В эпоху правления его вдовы Саломеи Александры влияние фарисеев очень усилилось. В конфликте между саддукеями и фарисеями в итоге одержали верх последние. Именно эта группа послужила основой для формирования основного движения в еврейской духовной жизни конца эпохи Второго Храма и последующего времени. Иными словами, преемниками фарисеев в еврейской истории являются мудрецы Талмуда (Хазал). Несмотря на несомненно положительное отношение Талмуда к фарисеям, в которых мудрецы видят людей, преданных нравственной жизни и учению, в нем содержится и ирония по отношению к этой группе. Вообще Талмуду не свойственно черно-белое отношение к
Примеры чему бы то ни было. Перечисляя семь типов фарисеев, трактат Сота (22б) дает своего рода классификацию перевертышей святости. Текст 4. Семь типов фарисеев Есть семь типов фарисеев: фарисей-шихми, фарисей-никфи, фарисей-кизай, фарисей-мадохья, фарисей – «каков мой долг, я осуществлю его», фарисей из любви (к почестям), фарисей из страха. Шихми – это тот, который поступает [как жители] Шхема (которые обрезались без соответствующего намерения). Никфи – ранит (менакеф) свои ноги (изображая смиренную походку, шаркает ногами). Кизай – сказал рав Нахман бар Ицхак: тот, кто пускает кровь (макиз дам) на стенку (идет, опустив глаза, так что натыкается на стены). Мадохья (ступка) – сказал Рабба бар Шейла: тот [чья голова] склонена, как пестик в ступке. Тот, кто спрашивает: «Каков мой долг, я осуществлю его?» [Спросили]: но ведь это достоинство? Но [речь идет о том, кто] говорит: «Каков у меня есть еще долг, я осуществлю его». По поводу фарисея из любви и фарисея из страха сказали Абайа и Рава тому, кто цитировал эту мишну: опусти фразу про фарисея из любви и фарисея из страха! Ведь сказал рав Иехуда, сказал Рав: «Пусть всегда занимается человек Торой и заповедями, пусть даже не ради них самих. Из «не ради» придет «ради»! (Вавилонский Талмуд. Сота, 22б)
В отличие от Талмуда христианская литература несет в себе однозначно отрицательное отношение к фарисеям как прямым конкурентам раннехристианской общины. Стоит отметить, что при всем разнообразии групп и направлений, имевшихся в еврейском обществе в конце эпохи Первого Храма, фарисеи и ранние христиане были довольно близки друг другу, что засвидетельствовано их весьма противоречивыми взаимными оценками. Анализ тем, о которых Иисус спорил с фарисеями в Евангелиях, и вообще сравнение его подхода ко многим вопросам с подходом фарисеев говорит о значительном сходстве раннего христианства именно с фарисейской группой. Раннехристианская община, которой после разрушения Храма суждено было стать основой для формирования мировой религии в середине I века, судя по всему, была одной из многих еврейских общин Иудеи и диаспоры. Несмотря на споры, радикальный разрыв между иудаизмом и христианством про изошел позже – во II веке, когда христианство стало принимать очертания догматической религии, ориентированной в первую очередь на нееврейское население. В «Иудейских древностях» Иосифа Флавия содержится рассказ об Иисусе, который, правда, является в основном заведомой интерполяцией. Большая часть этого отрывка написана христианином, коим Иосиф Флавий, как известно, не был. Текст 5. Рассказ об Иисусе в сохранившейся версии Иудейских древностей Около этого времени жил Иисус, человек мудрый, если его вообще
Примеры можно назвать человеком. Он совершил изумительные деяния и стал наставником тех людей, которые охотно воспринимали истину. Он привлек к себе многих иудеев и эллинов. То был мессия. По настоянию наших влиятельных лиц Пилат приговорил его к кресту. Но те, кто раньше любили его, не прекращали этого и теперь. На третий день он вновь явился им живой, как возвестили о нем и о многих других его чудесах боговдохновенные пророки. Поныне еще существует племя христиан, именующее себя, таким образом, по его имени. (Иосиф Флавий, «Иудейские древности» 18:63–64)
В отличие от многих защитников Иудеи в ее войнах с Римом Иосиф Флавий не отдал свою жизнь на поле боя и даже в некотором смысле перешел на сторону врага, попав в услужение к римским властям. Однако он сохранил для нас живое описание еврейской истории древнего периода, и в этом отношении его роль не может быть переоценена.
Портрет Иосифа Флавия Сделан В. Винстоном к изданию его работ в 1737 году
Сочетание книг Иосифа Флавия с другими источниками создает чрезвычайно яркую картину духовной жизни Иудеи конца эпохи Второго Храма. Учитывая, что это время впоследствии сыграло решающую роль не только для еврейской истории, но и для формирования облика современной цивилизации, его изучение имеет огромное значение.
10. Мудрецы Талмуда
Авторы: Илья Дворкин, Михаил Туваль Фокусировка темы: Эпоха Второго Храма, Мишны и Талмуда породила блистательную плеяду личностей, которые становятся своего рода образцами еврейских мудрецов для последующих времен. Исторические реалии и источники: История культуры эпохи Мишны и Талмуда, Аггада. Мудрецы Талмуда (или, как их называют на иврите, хазал – сокращение от хахамейну зихронам ли-враха, «мудрецы, благословенна их память») – группа ученых Торы, действовавшая на протяжении многих поколений в Земле Израиля и в Вавилонии. Талмудические академии (бет-мидраши) восходят к эпохе Второго Храма и после его разрушения стали выполнять роль основных духовных центров еврейского народа. Возможные темы для занятий: •
Еврейское образование в эпоху Второго Храма и Мишны.
От Храма к синагоге.
Мудрецы Талмуда. Исторические образы. Хиллел. Рабби Акива. Рабби Меир. Иехуда ха-Наси.
Составление Мишны в контексте еврейской истории.
Формы проведения занятия: лекция, беседа, диспут. Включение в общинные мероприятия: лекторий, факультатив.
Пример проведения занятия Хиллел Старший как образ еврейского мудреца эпохи Второго Храма Даже на фоне величайших еврейских мудрецов эпохи Второго Храма и Мишны Хиллел выделяется во многих отношениях. Он известен не только как выдающийся ученый, духовный лидер своего поколения, но и как личность, воплощающая этические идеалы человека, как их понимали мудрецы Талмуда. О Хиллеле известно, что он родом из Вавилонии. В разных талмудических пассажах его называют вавилонянином. Его переезд из Вавилона в Иерусалим был впоследствии истолкован символически. Текст 1 Когда Тора была забыта в народе, пришел из Вавилона Эзра и возродил ее. Когда Тора вновь была забыта, явился Хиллел Вавилонский и снова дал ей крепкие устои. (Вавилонский Талмуд. Сукка, 20а).
Считается, что еще до своего переезда в Землю Израиля Хиллел усвоил вавилонскую традицию изучения Торы, но не ограничился этим и стал ревностным учеником наиболее известных иерусалимских законоучителей предшествующего ему поколения – Шемайи и Авталиона. Существуют многочисленные рассказы о бедности Хиллела. Вполне возможно, что у них есть историческая подоплека, но достоверно известно, что в зрелом возрасте, когда Хиллел возглавил Санхедрин, он обладал огромным богатством. Впрочем, такие качества, как скромность и щедрость, являются неотъемлемыми характеристиками Хиллеля на протяжении всей его жизни. Согласно талмудическим данным (Шаббат, 15а) Хиллел возглавил Санхедрин примерно в 30 году до н. э. и руководил им в течение сорока лет. Исторические исследования этих сведений не подтверждают, тем не менее не вызывает сомнения, что Хиллел являлся одним из предводителей фарисеев своего поколения. Согласно традиции, Хиллел происходил из рода царя Давида. Потомки Хиллела в течение многих поколений считались духовными лидерами народа Израиля. Потомком Хиллела был и рабби Иехуда ха-Наси (князь), составитель Мишны – книги, которая по значимости в еврейской традиции уступает только Пятикнижию. Идея сочетания духовной и светской власти очень характерна для представителей дома Хиллела. Связь этой идеи с именем царя Давида не случайна. Для мудрецов Талмуда царь Давид не только являлся образцом скромности и беззаветной преданности Богу, но его личность была переосмыслена, и он предстал выдающимся мудрецом, не отрывавшимся от изучения Торы. Наряду с Шаммаем Хиллел составлял последнюю пару мудрецов (так называемые зугот). Споры между школами,
Примеры руководимыми Хиллелем и Шаммаем (Бет-Хиллел и Бет-Шаммай), стали образцом сочетания бескомпромиссности и толерантности в еврейской традиции. Текст 2. Слова Бога живого Три года спорили дом Хиллела с домом Шаммая. Эти говорят: по нашим словам галаха, и те говорят: по нашим словам галаха. Раздался небесный голос (Бат Коль): «И то, и другое – слова Бога живого, но галаха по дому Хиллела!» Но если и то и другое – слова Бога живого, то чем удостоился дом Хиллела, что по его мнению следует галаха? А тем, что были они вежливы и скромны и учили как свои слова, так и мнения дома Шаммая. Более того, слова дома Шаммая ставили прежде собственных. (Вавилонский Талмуд. Эрувин, 13б)
Попробуем охарактеризовать некоторые стороны учения Хиллела. Первое, на что необходимо обратить внимание, – Хиллел был одним из первых, кто ввел строгие логические правила в талмудический дискурс. Именно ему обычно приписывается семь герменевтических правил истолкования Торы. Текст 3. Семь герменевтических правил Хиллела При помощи семи правил истолковывал [Тору] Старец Хиллел перед сынами Бетейры, и вот они: «каль ва-хомер» (от простого к сложному); равный покрой (аналогия); «биньян ав» (общее построение от одного отрывка и от двух отрывков); от общего к частному; от частного к общему; если имеется исключение из общего правила, то учим именно в соответствии с ним. (Авот де-рабби Натан, 37, 10)
Необходимость следования логике в изучении Торы увязывает авторитет мудреца не с его внешним положением и даже не с общим количеством его знаний, а с его способностью интерпретировать основополагающие еврейские источники. Наряду с логикой для Хиллела характерна определенная система мировоззрения, в центре которой находится человек. Роль и достоинство человека всегда подчеркивается в большинстве историй про Хиллела. Однако гуманизм Хиллела очень отличается от, например, античного. Для него человек является не самоценной реальностью, а скорее «образом Бога», на которого возложено высокое служение. В данной связи можно привести следующую историю: Текст 4. Уголовное Богу дело Каждый раз, когда Хиллел уходил из академии, сопровождавшие его ученики спрашивали: Куда идешь ты, учитель? – Иду совершать угодное Богу дело, – отвечал Хиллел. – Какое именно? – Купаться. – Разве это такое богоугодное дело? – Бесспорно. Статуи царей в театрах и цирках – и для тех имеется особое лицо, которое обмывает и чистит их, и не только получает за это плату, но и почетом пользуется. Тем более должен соблюдать чистоту свою человек, созданный по образу и подобию Божию. (Вайикра Рабба,
Примеры
34, перевод по Аггаде Х. Н. Бялика и И. Х. Равницкого)
Среди свойств человека главнейшим для Хиллела является индивидуальность. В этом отношении нельзя не привести одно из самых знаменитых его высказываний: Текст 5. Если нет «я» у меня Если нет «я» у меня, то, что у меня, если я сам у себя, что я и если не сейчас, когда. (Пиркей Авот, 1)
Данное высказывание является, пожалуй, одним из самых ранних в истории мировой мысли утверждений принципа «я». Нужно отметить при этом, что в отличие от автономии «я», характерной для последующей европейской традиции, у Хиллела центральность «я» сочетается с гетерономией, то есть с открытостью «я» другому. Эта же идея проводится и в другом, не менее знаменитом высказывании Хиллела. Текст 6. Тора на одной ноге Был такой случай: Приходит некий иноверец к Шаммаю и говорит: – Я приму вашу веру, если ты научишь меня всей Торе, пока я в силах буду стоять на одной ноге. Рассердился Шаммай и, замахнувшись бывшим у него в руке локтемером, прогнал иноверца. Пошел тот к Хиллелу. И Хиллел обратил его, сказав: – Не делай ближнему того, чего себе не желаешь, в этом заключается вся суть Торы. Все остальное есть толкование. Иди и учись. (Вавилонский Талмуд, Шаббат, 30-31)
Учения Хиллела и Шаммая определенным образом выражаются в их именах – характерная для еврейской традиции ситуация. Имя Хиллел означает «восхваляющий», оно как бы уже само указывает на предназначение человека. Имя Шаммай – «небесный». Неудивительно, что в споре о том, что было сотворено раньше – небо или земля – школа Шаммая утверждает первое, а школа Хиллела – второе. Текст 7. Что раньше – небо или земля? Учили мудрецы. Дом Шаммая говорит, что первыми сотворены были небеса, потом – земля. Как сказано: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1. Дом Хиллела говорит, что сперва сотворена, была земля, а потом – небеса. Как сказано: «В день создания Господом Богом земли и неба» (Быт. 2:4). Сказали [представители] дома Хиллела дому Шаммая: По вашим словам, человек сперва строит чердак, а потом дом? Как сказано: «Выстроил на небесах Он верхнюю обитель, а свод Свой на земле основал» (Амос 9:6). [На это] сказали [представители] дома Шаммая дому Хиллела: По вашим словам, сперва человек делает подставку для ног, а потом кресло? Как сказано: «Так говорит Господь. Небеса – трон Мой, а земля – подножие ног Моих» (Ис. 66:1). А мудрецы говорят: И то и другое сотворено вместе. Как сказано: «Рука Моя основала землю, и десница Моя распростерла небеса. Я воззову к ним, и вместе предстанут» (Ис. 48:13)( Хагига, 12а)
Примеры
В завершение приведем еще несколько талмудических рассказов о Хиллеле, которые могут служить иллюстрациями к его личности. Текст 8. Терпение Хиллела Был такой случай: двое заспорили о том, возможно ли рассердить Хиллела. – Уж я-то выведу его из терпения! – говорил один. Побились об заклад в четыреста зуз. Было это в канун субботы. Хиллел в то время собирался купаться. Пошел тот человек и, проходя мимо дверей Хиллела, стал выкрикивать: Кто здесь Хиллел? Кто здесь Хиллел? Оделся Хиллел и вышел к нему: – Что угодно тебе, сын мой? – Хочу задать тебе один вопрос. – Спрашивай, сын мой, спрашивай. – Отчего у вавилонян головы неправильной формы? – Сын мой, – сказал Хиллел, – важный вопрос ты задал мне, – оттого, что у вавилонян нет хороших повивальных бабок. Ушел тот человек. Но через некоторое время вернулся и вновь принялся выкрикивать: Кто здесь Хиллел? Кто здесь Хиллел? Оделся Хиллел и, выйдя к нему, спросил: Что угодно тебе, сын мой? – Хочу задать тебе один вопрос. – Спрашивай, сын мой, спрашивай. – Отчего у тармудян глаза больные? – Важный вопрос, сын мой, задал ты мне, – должно быть, оттого, что они в песчаных местностях живут. Ушел тот человек, но вскоре вернулся и вновь давай кричать: Кто здесь Хиллел? Кто здесь Хиллел? Оделся Хиллел и вышел к нему: Что угодно тебе, сын мой? – Хочу задать тебе один вопрос. –
Спрашивай, сын мой, спрашивай. – Отчего у апракийцев ступни широкие? – Важный вопрос, сын мой, задал ты мне, – оттого, что они живут среди болот. – Много еще вопросов я имею, но боюсь рассердить тебя. Облачился в одежды свои Хиллел, сел и говорит: Спрашивай обо всем, что желаешь. – Тот ли ты Хиллел, которого величают князем израильским? – Да. – Пусть же не будет много тебе подобных в Израиле! – Почему, сын мой? – Потому что из-за тебя я потерял четыреста зуз. – Будь же впредь осмотрительней. Ты не один раз четыреста зуз потеряешь, а рассердить Хиллела тебе не удастся. (Вавилонский Талмуд, Шаббат, 30–31)
Текст 9. Спор во имя Небес Всякий спор во имя Небес, в конечном счете, осуществляется, а [спор] не во имя Небес, никогда не осуществляется. Каков спор во имя Небес? Это спор между Хиллелем и Шаммаем. А [каков спор] не во имя Небес? Это спор между Корахом и его сообщниками. (Пиркей Авот, 5:17)
Текст 10. Ученики Хиллела Восемьдесят учеников имел Хиллел. Тридцать из них были достойны, чтобы расположилась на них Шхина как на Моисее; тридцать заслуживали, чтобы солнце остановилось для них, как для Иехошуа; двадцать остальных были средними. Большим из всех них был Ионатан бен Уззиэль, а меньшим раббан Иоханан бен Заккай. (Вавилонский Талмуд. Сукка, 28а)
Этот материал — часть книги «Еврейская история». Смотрите также другие пособия антологии.