Материал из книги «Еврейская культура в образах, символах и произведениях искусства» антологии еврейского педагога «Активи» (JDC).
Возникновение светского еврейского искусства в конце XIX – начале XX века (Б. Пинчевская)
1. Возникновение светского еврейского искусства в конце XIX – начале XX века Автор статьи: Богдана Пинчевская. Фокусировка темы: В конце XIX века, под влиянием целого ряда кардинальных общественнополитических и идеологических перемен, возникло новое в еврейской культуре явление – светское еврейское искусство. Исторические реалии и источники: история еврейства XIX – первой половины XX века на территории Российской империи (так называемой черты оседлости); Австро-Венгерской империи (Галиции; современных территорий Украины, Австрии, Польши); государственные и частные музейные собрания стран Восточной Европы, в которых хранятся коллекции еврейского искусства; каталоги выставок, биографии, исследования, посвященные творчеству еврейских художников. В конце XIX – начале XX века еврейские студенты могли получить художественное образование в Краковской академии художеств и в Художественном училище (Киев), а также – с условием смены вероисповедания – в Санкт-Петербургской Академии художеств и в нескольких частных студиях (например, в студии А. Экстер или А. Мурашко в Киеве). В большинстве случаев художники продолжали образование в академиях и частных студиях Западной Европы – в Париже, Вене, Мюнхене. Несколько десятилетий подряд еврейским искусством назывались живописные и графические произведения, посвященные той или иной особенности еврейского уклада жизни.
Варианты занятий на тему:
Еврейские художники Беларуси: Марк Шагал и другие ученики Иегуды Пэна.
Творчество еврейских художников Парижской школы: от Камиля Писсарро до Хаима Сутина.
Основы светского еврейского искусства в Восточной Европе: творчество Маурицио Готтлиба.
Еврейский экспрессионизм Восточной Европы: творчество Артура Кольника. Формы проведения занятия: лекции с демонстрацией слайдов, беседа, обсуждение. Включение в общинные мероприятия: лекторий, семейные и молодежные лагеря.
Пример проведения занятия «Основы светского еврейского искусства в Восточной Европе: творчество Маурицио Готтлиба» Евреи в синагоге (ок. 1878). Львовская галерея искусств (ЛГИ) (см. илл. 7, цветные вкладки)
Творческая биография Маурицио Готтлиба открывает новую главу в истории еврейского искусства не только Восточной Европы, но и всего мира. Во многом благодаря именно его живописи произошло разделение еврейского искусства на две категории. Первая из них – это иудаика, произведения народного искусства, предназначенные для домашних и синагогальных ритуалов. Как правило произведения иудаики как народного искусства создавались неизвестными мастерами. Вторая категория еврейского искусства – профессиональное светское еврейское искусство – возникла в XIX веке. Одним из основателей светского еврейского искусства как мировой культурной тенденции принято считать М. Готтлиба. Определение национального в искусстве в большинстве случаев является результатом усилий художественных критиков; профессиональные художники обычно мало говорят и пишут о национальной идентификации в искусстве. Потребность создавать произведения искусства, в сущности, рано или поздно располагает к аполитичности воззрений: вопросы эстетики, необходимые для создания выразительного художественного образа, редко уживаются с вопросами политическими, важными в контексте определений национальной идентификации. В истории искусства крайне редко встречается гармоничное сочетание первого и второго. Одним из лучших примеров естественности такого сочетания является творчество Маурицио Готтлиба. Голова старца (1875). Музей Института еврейской истории в Варшаве (ZIH) (см. илл. 8, цветные вкладки)
Маурицио Готтлиб родился в Дрогобыче, одном из крупных городов Галиции, также известном как родина писателя и художника Бруно Шульца. Маурицио, первенец семьи Готтлиб, появился на свет в 1856 году; все его братья, родившиеся позже, – Марцин (1867), Филипп (1870) и Леопольд (1979) – также впоследствии стали художниками. Впрочем, самые яркие страницы в истории мировой живописи принадлежат только двум Готтлибам – старшему, Маурицио, и младшему, Леопольду Готтлибу, известному художнику Парижской школы. Дрогобыч середины XIX века был одним из знаковых городов на карте Галиции. Первые документальные свидетельства о еврейской общине города относятся к 1404 году. Несмотря на все тяготы региона в целом и города в частности – нашествие татар в 1618 году, казацкие войны Хмельницкого, противоречивые указы властей – еврейская община не покидала город, занимаясь преимущественно арендой соляных приисков, а также торговлей и ремеслами. В 1772 году город вошел в состав Австрийской империи; около века община мирилась с противоречивыми указами, связанными с повышенным налогообложением, германизацией населения, насильственными попытками введения светского образования для населения, говорящего на идиш, и т. д. В начале XIX века экономическое состояние города улучшается; неподалеку проводятся первые эксперименты по добыче нефти. Незадолго до рождения художника, в 1854 году, в окрестностях Борислава, входящего в кагал Дрогобыча, были открыты прииски земельного воска – озокерита; новые прииски обогатили край, став причиной в том числе и культурного расцвета города. Одним из доказательств последнего следует считать открытие в 1860-х годах, в дополнение к учебным заведениям, основанным хасидами, Первой частной еврейской гимназии, основанной маскилами, в которой, наравне с изучением Талмуда и древнееврейского языка, преподавались польский и немецкий, а также математика. Впрочем, начальное художественное образование в еврейской Галиции тех времен можно было получить только во Львове. Культурная ситуация Львова тех лет отличалась широтой взглядов, обусловленных западноевропейскими модами и вкусами в искусстве. Столица полиэтнического региона, Львов давал возможность профессиональной реализации представителям любых вероисповеданий; культурная ситуация во Львове была несравненно демократичней соотношения профессиональной дифференциации и вероисповедания, принятых в Российской империи. Первые шаги львовской истории фотографии соответствуют развитию искусства фотографии во всем мире; первые музеи еврейского искусства, по примеру французских и немецких коллекций, возникли именно во Львове; и частные мастерские профессиональных художников, как правило, подолгу учившихся в странах Западной Европы, без труда принимали в качестве студентов и выходцев из штетлов, и представителей значительных городов региона, каким был в то время Дрогобыч. Пятнадцатилетний Маурицио Готтлиб стал учеником львовского художника Михала Голдевского. В его мастерской Готтлиб провел около четырех лет, с 1869 по 1872 год. Портрет молодой еврейки (1879) Национальный музей в Варшаве (MNW) (см. илл. 9, цветные вкладки) Агасфер (автопортрет). 1876 Национальный музей в Кракове (MNK) (см. илл. 10, цветные вкладки)
Вопрос формирования светского еврейского искусства касался не только, как принято думать, сферы религиозной, с ее запретом создавать потенциальные объекты поклонения, но и – гораздо теснее – особенностей взаимоотношений еврейства с законодательством о светском образовании для «иноверцев». В Российской империи именно благодаря этому фактору светское еврейское искусство если не возникло, то расцвело только в начале XX века, после революции, в то время как студенты частных мастерских Львова с середины XIX века продолжали образование в Кракове, Мюнхене, Вене и Париже. Закончив обучение в мастерской львовского художника, Маурицио Готтлиб два года (1872–1874) учился в Вене. После этого художник вернулся в одну из столиц Галиции и поступил в краковскую Школу изящных искусств, которая спустя несколько лет получит статус Академии художеств. Именно это учебное заведение станет знаковым для еврейской молодежи Галиции, профессионально заинтересованной в живописи. В краковской Школе изящных искусств (Szkola Sztuk Pięknych) Маурицио Готтлиб стал одним из лучших учеников Яна Матейко – теоретика и историка живописи, живописца-монументалиста, в будущем, директора Краковской академии художеств. Редкий талант живописцамонументалиста, тонкого колориста, мастерски владеющего построением многофигурных композиций, не только дал М. Готтлибу возможность войти в круг лучших учеников преподавателя, но и обеспечил в будущем, уже после ранней смерти талантливого художника, гарантию поступления в КАХ нескольким поколениям еврейских художников Галиции. 1874–1875 годы художник провел в краковской Школе изящных искусств, откуда отправился на будущую родину экспрессионизма, в Мюнхен, где поступил в Королевскую академию художеств (Königliche Akademie der bildenden Künste). Здесь, в мастерской К. Пилоти, М. Готтлиб провел еще два года (1876–1878). Карта художественных центров, в которых учился Маурицио Готтлиб, характерна для галицийских художников конца XIX – начала XX века. Особенность биографии этого художника заключается в том, что благодаря именно его таланту вскоре вошло в традицию получение еврейскими художниками Галиции высшего художественного образования в Краковской академии художеств – единственном в то время высшем художественном учебном заведении в регионе. Традиционным стилем, принятым в академиях изобразительного искусства в конце XIX века, был историзм – стиль, повествующий об исторических сюжетах классической истории. Сюжеты на темы античной и европейской истории, а также библейские сюжеты были обязательным условием как обучения студентов, так и выпускных дипломных работ – и в Санкт-Петербургской Академии художеств, и в краковской Школе изящных искусств. Поэтому роль основоположника светского еврейского искусства Восточной Европы Маурицио Готтлиба объясняется не только тем, что в его творчестве доминируют сюжеты из еврейской истории, – у него были предшественники как в польском, так и в европейском еврейском искусстве, – но и невероятным успехом его произведений. Будучи талантливым художником и прилежным учеником, Маурицио Готтлиб рано и точно угадал тонкое сочетание собственных увлечений и интересов в искусстве с пульсом времени, формирующим художественные тенденции восточноевропейской живописи. Ян Матейко, который до сих пор справедливо считается крупнейшим польским монументалистом, сумел передать Маурицио Готтлибу легкость в создании сложных многофигурных композиций, в построении которых М. Гот тлиб, несмотря на юность, не уступал ни своему учителю, ни Генриху Семирадскому, картины которого пользовались невероятным успехом как в России, так и в Австро-Венгрии. Гладкая лессированная поверхность полотен, тонкий, нежный, без ошибочно точный, но мягкий колорит в сочетании со сложным композиционным построением картин, каждая из которых, независимо от масштаба, благодаря цельности форм заслуживает определения «монументальная», характеризуют творчество Маурицио Готтлиба. Его произведения в Варшавском национальном музее теперь экспонируются в одном из лучших залов, рядом с картинами его учителя, Яна Матейко, который действительно гордился своим учеником. Творчество Маурицио Готтлиба – пример национального искусства, отличающегося гармоничным сочетанием происхождения художника, его религиозной принадлежности, его интересов и убеждений с темами его произведений. Вписывая собственное лицо в многофигурную композицию картины «Христос в Капернауме» (Национальный музей в Варшаве), создавая «Автопортрет в образе Агасфера» (Национальный музей в Кракове), рисуя «Суламифь» или портреты современников из круга галицийской еврейской интеллигенции, Маурицио Готтлиб отражал в своем творчестве все интересующие его аспекты еврейской самоидентификации в контексте как мировой, так и восточноевропейской культурно-исторической действительности. Христос в Капернауме (с автопортретом). 1879 Национальный музей в Варшаве (см. илл. 11, цветные вкладки)
К сожалению, Маурицио Готтлиб рано ушел из жизни. Его биографы, среди которых множество исследователей еврейского искусства Польши, связывают смерть художника от туберкулеза с несчастливой любовной историей, которую молодой человек переживал крайне болезненно. Он умер в Кракове в 1879 году, в возрасте двадцати трех лет. Произведения Маурицио Готтлиба экспонируются в Национальном музее в Варшаве, в собрании Музея изобразительных искусств в ТельАвиве, во Львовской галерее искусств, в Национальном музее Кракова и других собраниях. Литература Мендельсон Эзра. Искусство и еврейская история: «Иисус, проповедующий в Капернауме» Мориция Готтлиба / в кн.: Еврейское искусство в европейском контексте. – Москва-Иерусалим: Гешарим, 2002. Глембоцкая Г., Сусак В. Образи зниклого світу: євреї Східної Галичини (середина XIX – перша третина XX ст.): Каталог выставки. – Львов: Центр Европы, 2003. Malinowski Jerzy. Malarstwo i rzeźba żydów polskich w XIX i XX w. – Warszawa: Wydawnictwo Naukowe PWN, 2000. Суламифь (1877) Шленский музей в Катовицах (см. илл. 12, цветные вкладки)
Еврейское искусство первой трети XX века (Б. Пинчевская)
2. Еврейское искусство первой трети XX века Автор статьи: Богдана Пинчевская. Фокусировка темы: Еврейское изобразительное искусство Восточной Европы первой трети XX века развивалось в благоприятной среде, лучшим свидетельством чему являются произведения еврейских художников в музеях мира. Исторические реалии и источники: культурные центры современной Польши, России, Украины: Краков, Варшава, Лодзь; Петербург, Москва; Киев и Львов. Литература, посвященная деятельности художественных объединений еврейских художников. В начале XX века традиционное еврейское искусство находилось в руках профессиональных художников: даже предметы для синагогальных ритуалов изготовлялись в известных ювелирных мастерских и на фаянсовых фабриках. Создавались первые коллекции традиционного еврейского искусства, проводились этнографические экспедиции по еврейским местечкам, создавались первые еврейские музеи, на выставках еврейских художников звучали лекции, посвященные особенностям нового еврейского искусства и его связи со становлением новой национальной идентификации, построенной на идеалах просвещения и сионизма. Пресса культурных столиц Восточной Европы подробно освещала деятельность художественных, политических, культурных и просветительских инициатив еврейских художников, арт-критиков, идеологов и коллекционеров. Развитие еврейского искусства происходило благодаря инициативе художников и коллекционеров, а также благодаря помощи меценатов. Варианты занятий на тему: •
Первые коллекции еврейского искусства: собрание Максимилиана Гольдштейна.
Основатель школы художественных ремесел «Бецалель» Борис Шац.
Художники-сионисты: Вильгельм Вахтель и Эфраим Моше Лилиен. Формы проведения занятия: лекции с демонстрацией слайдов, беседа, обсуждение. Включение в общинные мероприятия: лекторий, семейные и молодежные лагеря.
Пример проведения занятия «Художники-сионисты: Вильгельм Вахтель и Эфраим Моше Лилиен» Становление национальной идентификации вследствие прогрессирующих практик теоретиков сионизма, как ни странно, мало отразилось в творчестве еврейских художников Восточной Европы. В большинстве своем выпускники высших учебных заведений, получившие художественное образование, редко акцентировали внимание на рефлексии, связанной с оставленными штетлами Российской или Австро-Венгерской империи, интересуясь преимущественно новейшими течениями в европейском или, реже, американском изобразительном искусстве. Как правило их творчество затем входило в историю Парижской школы, кружков экспрессионистов, иллюстрируя тем самым широту собственных взглядов, которую в оставленной ими еврейской среде было принято определять термином «ассимиляция». Еврейские и европейские просветители сделали свое дело, и десекуляризация еврейского общества конца XIX – начала XX века знакомит зрителя с удивительным явлением формирования некой школы в еврейской среде, которая на протяжении нескольких десятков веков относилась к изобразительной традиции более чем сдержанно. Тем не менее в истории светского искусства Восточной Европы особое место занимает немногочисленная группа художников, в чьем творчестве важное место занимает то, что впоследствии получило определение «еврейская тема». Ряд пейзажистов (Артур Маркович, Абрахам Неуман, Зигмунт Менкес), художников Парижской школы (Марк Шагал, Леопольд Готтлиб, Хаим Сутин), книжных графиков (Рудольф Менкицкий) с большим вниманием относились к отражению еврейской действительности (если они оставались жить и работать в местечках или посещали Палестину) или воспоминаниям о ней (если они жили в какой-нибудь из западноевропейских столиц). Отдельного внимания заслуживает спектр тем художников Лиги еврейской культуры – Культурлиги. Несмотря на короткий промежуток деятельности художественной секции Культур-лиги, ее художники успели воплотить все возможные аспекты светского понимания еврейской темы в изобразительном искусстве. В списке еврейских художников Польши, Галиции, Украины конца XIX – первой трети XX века, насчитывающем более пятисот имен, в сущности, только два художника заслуживают определения «художниксионист». Это живописец Вильгельм Вахтель и график Эфраим Моше Лилиен. Творчество каждого из них отмечено высокой социально-политической активностью в том, что касалось пропаганды идей сионизма, влияние которого, в связи с бытовавшими в то время массовыми погромами, приобретало большое значение для еврейских общин России и Восточной Европы.
Эфраим Моше Лилиен
Эфраим Моше Лилиен родился в одном из культурных центров Галиции, городе Дрогобыче, в 1874 году. Как и большинство художественно одаренных галицийских подростков, образование он получил во Львове – у художника Антони Стефановича, а также в мастерской художника вывесок П. Шапиро. В 1889 году поступил в знаменитую краковскую Школу изящных искусств – единственное в регионе высшее учебное заведение для художников, куда охотно принимали учеников иудейского вероисповедания. В 1894 году продолжил обучение в Мюнхене; в 1899-м поселился в Берлине. Эфраим Моше Лилиен был блестящим графиком, чей талант сравним с немногими мастерами линии конца XIX века. В качестве книжного иллюстратора Э. М. Лилиен сотрудничал с несколькими берлинскими изданиями, среди которых важное место занимала сионистская пресса.
Эфраим Моше Лилиен. «Обложка», «Портрет отца». Из книги «Песни гетто» (книжная иллюстрация)
Поскольку художник вырос и сформировался в львовской еврейской интеллектуальной среде, его убеждения с детства совпадали с убеждениями западноевропейского сионизма. Поэтому еврейская тема в его творчестве была неслучайной – она иллюстрирует редкий случай совпадения некой идеологии с естественными убеждениями художника. В 1906 году Эфраим Моше Лилиен участвовал в организации Школы искусств и ремесел Бецалель – будущей академии, функционирующей в Иерусалиме по сей день, а в начале XX века являвшейся первой высшей художественной школой в Палестине. В одной из первых своих значительных работ – иллюстрациях к сборнику баллад на темы Торы, Псалмов и Танаха немецкого поэта Берриса Мюнхаузена «Иуда» – художник затронул проблему создания «еврейского стиля» в изобразительном искусстве, что вызвало значительный резонанс в еврейской прессе.
Эфраим Моше Лилиен «У наковальни» (книжная иллюстрация)
Плакат выставки Э. М. Лилиена (1914). Львовская галерея искусств
С начала XX века стилистика его произведений синтезирует традиции символизма, сецессии и неоклассицизма. Работал художник преимущественно в технике офорта. Произведения художника хранятся в нескольких коллекциях Западной и Восточной Европы, в том числе в собрании Львовского музея этнографии и художественного промысла. Эфраима Моше Лилиена не стало в 1925 году в Брауншвейге (Германия).
Эфраим Моше Лилиен. Экслибрисы Генрика Барда, Мартина Бубера (1902), Школы Бецалель (1905), Jüdischer Verlag Berlin (1902)
Вильгельм Вахтель
Живописец, рисовальщик, график Вильгельм Вахтель, как и Э. М. Лилиен, был ярким представителем львовской еврейской интеллигенции XIX–XX веков. Он родился во Львове в 1875 году. Художественное образование получил в Краковской академии художеств (1894–1895), а затем в Мюнхенской академии художеств. Работал во Львове (1900–1910), Париже (1911–1912) и Вене (1912–1927).
Трижды посещал Палестину, в 1924, 1929 и 1932 годах; в 1936-м принял решение поселиться в ней навсегда. Вторая мировая война застала художника в США, где в 1942 году он погиб в автокатастрофе. В. Вахтель. «Молитва еврея» (1900). Львовская галерея искусств (см. илл. 13, цветные вкладки)
В. Вахтель принадлежал к числу художников с разносторонними творческими интересами. Помимо собственно еврейской темы – серия литографий «Прощание с галутом» (Национальный музей в Кракове; музей при Институте еврейской истории в Варшаве) и ряда живописных портретов (Львовская галерея искусств) – его творчество включает лирические, сентиментальные, литературные композиции, в меньшей степени – пейзажи. Критики с большим вниманием относились к его творчеству, обсуждая каждую выставку с его участием на страницах польскоязычной еврейской прессы. Как и Э. М. Лилиен, В. Вахтель утверждал уместность сионистских идей в художественном творчестве, подтверждая свои убеждения не только характером произведений, но и интервью, в которых зарекомендовал себя последовательным приверженцем идеи обновления затравленного местечкового мироощущения восточноевропейского еврейства. Как принято в сионистских кругах, в качестве аргументов в пользу своей правоты В. Вахтель изображал фрагменты и последствия погромов, заставляющие задуматься о создании новой родины, где еврейству больше не придется чувствовать себя жертвой ксенофобии. В. Вахтель. Портрет львовского раввина Абраама Кона (1902) Львовская галерея искусств (см. илл. 14, цветные вкладки)
Произведения художника хранятся в собрании Музея еврейского искусства при Институте еврейской истории (Żydowski Instytut Historyczny, ŻIH; Варшава, Польша), в Национальном музее (Краков, Польша), в Львовской галерее искусств (Украина) и других собраниях. Заключение
Если Э. М. Лилиен в частной переписке утверждал, что не хотел бы, чтобы его расценивали в качестве «проповедника», поскольку преимуществом художника считал профессиональные качества – линию, мастерство построения композиции, точность образного ряда и т. д., то В. Вахтель, напротив, открыто признавал свою веру в значение идеи в художественном творчестве. Как бы там ни было, творчество обоих художников сыграло важную роль как в становлении еврейского искусства Восточной Европы, так и в социально-политических процессах современного им общества. Литература Литература об этих художниках написана и издана преимущественно на польском языке. На русском и украинском языке о них можно прочесть в следующих книгах и каталогах: 1.
Глембоцкая Г., Сусак В. Образи зниклого світу: євреї Східної Галичини (середина XIX – перша третина XX ст.): каталог выставки. – Львов: Центр Европы, 2003.
Книги, в которых можно прочесть описание других аспектов еврейского искусства рубежа XIX–XX веков: 1.
Еврейское искусство: сборник статей. – Москва-Иерусалим: Мосты Культуры, 2002.
Еврейский музей: Сборник статей. – СПб.: Симпозиум, 2004.
Гебрейський усе-світ Галичини. – Незалежний культурологічний часопис “Ї”, 48/2007 – http://www.ji.lviv.ua/n48texts/N48-hebr.htm.
Гебрейський Львів. – Незалежний культурологічний часопис “Ї”; 51/2008 – http://www.ji.lviv.ua/n51texts/N51-hebr.htm.
Общую информацию о регионе следует искать в Краткой еврейской энциклопедии (http://www.eleven.co.il/). Подробный обзор творчества этих и других еврейских художников рубежа XIX–XX веков опубликован в книге польского искусствоведа Ежи Малиновского: Malinowski Jerzy. Malarstwo i rzeźba żydów polskich w XIX i XX w. – Warszawa: Wydawnictwo Naukowe PWN, 2000. – 435 s.
Еврейское искусство России (Б. Пинчевская)
3. Еврейское искусство России Автор статьи: Богдана Пинчевская. Фокусировка темы: Еврейское искусство в Российской империи, а затем в СССР развивалось согласно своеобразным сценариям, невыгодно отличающимся от западноевропейских. Количество ограничений, налагаемых на российское еврейство, пресекало большинство культурных инициатив, реализация которых стала возможной только после революции. Расцвет еврейской культуры 1920–1930-х годов, впрочем, был впоследствии на несколько десятков лет заморожен государственной политикой страны. Поэтому с середины XX века можно говорить о двух генеральных направлениях в еврейском искусстве – искусстве художников Государства Израиль и творчестве еврейских художников советской эпохи. Исторические реалии и источники: еврейская культура в России и СССР в 1900–1941 годы. Российская черта оседлости не позволяла выходцам из еврейских семей почувствовать себя равноправными гражданами Российской империи. Она, к примеру, не позволяла художникам получить высшее художественное образование, не изменяя своему вероисповеданию. Революция коренным образом изменила ситуацию, и в первые послереволюционные годы в Киеве, Петербурге, Москве и Минске возник целый ряд культурно-просветительных инициатив в еврейской среде. Одной из самых ярких инициатив такого рода была Лига еврейской культуры – Культур-лига. Варианты занятий на тему:
Деятельность Семена Ан-ского: основы еврейской этнографии и создание первого Музея еврейской культуры в России (Петербург). Идеальная судьба еврейского художника России: жизнь и творчество Элиэзера Лисицкого. Еврейские художники-эмигранты первой трети XX века: творчество Абрама Маневича. Манифест еврейского искусства в России: Иссахар-Бер Рыбак и художественная секция Культур-лиги.
Формы проведения занятия: лекции с демонстрацией слайдов, беседа, обсуждение. Включение в общинные мероприятия: лекторий, семейные и молодежные лагеря.
Пример проведения занятия «Манифест еврейского искусства в России: Иссахар-Бер Рыбак и художественная секция Культур-лиги» Художественная секция Культур-лиги возникла как отделение культурнообщественной просветительской организации «Лига еврейской культуры». Ее реформы касались совершенствования культуры языка черты оседлости – идиш. Законодательство Российской империи строго ограничивало возможности получения светского образования среди представителей неправославного исповедания, и просветительские инициативы в еврейской среде были более чем уместны. Культур-лига аккумулировала энергию и энтузиазм еврейской молодежи, в распоряжении которой после революции оказались невиданные права и свободы. Организаторами художественной секции Культур-лиги были ИссахарБер Рыбак, Марк Эпштейн, Борис Аронсон, Александр Тышлер, Иосиф Эльман, Исаак Рабичев; к ним присоединились Исаак и Роза Рабинович, Соломон Никритин, Юдель Иоффе, Исаак Пайлес, Макс Каганович, а также Элиэзер Лисицкий, Иосиф Чайков, Полина Хентова, Марк Шейхель, Сара Шор и Абрам Маневич. С художественной секцией Культурлиги сотрудничали прославившиеся впоследствии Марк Шагал и Давид Штеренберг. Художественное образование многие из них получили в Киевском художественном училище, в киевской студии Александры Экстер, некоторые – в мастерских европейских художников. Помимо энтузиазма в совершенствовании культуры идиш художников секции пластических искусств Культур-лиги объединял интерес к созданию светского еврейского искусства. Представления о еврейском искусстве были сформулированы в манифесте, написанном ИссахаромБером Рыбаком и Иосифом Чайковым. Биография Иссахара-Бера Рыбака – счастливый пример творческого пути художника Культур-лиги. Он родился в 1897 году в Елисаветграде (совр. Кировоград, Украина). Несколько лет провел в Киевском художественном училище, либеральная политика которого позволяла получать художественное образование студентам иудейского вероисповедания (в то время как Санкт-Петербургская Академия художеств создавала практически непреодолимые препятствия для тех, кто не желал принимать православие). Иссахар-Бер Рыбак с энтузиазмом отнесся к революционным событиям 1917 года, выступив в качестве художника-оформителя в ряде революционных инициатив. В рамках художественной секции Культур-лиги художник написал для идишистского издания «Ойфганг» несколько статей о еврейском искусстве, организовал в 1920 году в Киеве «Еврейскую выставку скульптуры, графики и рисунка», издал альбомы «Местечко» и «Еврейские типы на Украине».
Иссахар-Бер Рыбак. Эскиз страницы к альманаху «Эйгнс» («Родное»)
Иссахар-Бер Рыбак. Обложка к журналу «Ойфганг» («Рассвет»)
Собственные представления о новом еврейском искусстве художник основывал на экспедициях по штетлам черты оседлости, в процессе которых он зарисовывал богато декорированные надгробные стелы еврейских кладбищ. Создавая светское искусство, Иссахар-Бер Рыбак считал, что еврейской культуре всегда было свойственно полноценное понимание пластического искусства, воплотить которое в художественную действительность мешали неблагоприятные исторические обстоятельства. Воплощая собственные представления об обновлении еврейской художественной традиции, художник, в сущности, пытался синтезировать достижения западноевропейских художественных школ с классической еврейской культурой. Рассматривая его произведения, нетрудно убедиться в том, что для него самого эта задача оказалась вполне посильной. В 1921 году, в разгар деятельности Культур-лиги, художник оставил СССР и присоединился к «Ноябрьской группе» – берлинскому объединению левых художников. Но в 1925 году художник вернулся в Москву, где его представления об искусстве еще некоторое время – впрочем, весьма непродолжительное – никому не казались чрезмерно европейскими. Получив блестящее образование, Иссахар-Бер Рыбак в своем творчестве попеременно применял все достижения художественного поиска европейских и русских авангардистов – от кубизма до экспрессионизма включительно. Поскольку все художественные практики эпохи живо интересовались народным искусством, представления художника о создании еврейского искусства отнюдь не шли вразрез с культурным контекстом. Ближе к 1930-м годам деятельность Культур-лиги в целом и ее художественной секции в частности начала вызывать осуждение советской власти, которая, к примеру, насильно прекратила постоянное финансирование организации американским распределительным комитетом «Джойнт», – идеалы идишистского просвещения и создания еврейского искусства, в сущности, потерпели крах. Жесткое подчинение культурных инициатив условиям новой советской идеологии и универсализация национальных начал под эгидой «единого советского народа» заставляли художников либо эмигрировать, либо находить общий язык с государственной идеологией. Иссахар-Бер Рыбак избрал эмиграцию и отправился в Париж. В 1932 году здесь был опубликован его альбом «Тени прошлого», в произведениях которого, как, скажем, в живописи Марка Шагала, очевидна общая для всех теоретиков еврейского искусства ностальгия о восточноевропейских местечках. Иссахар-Бер Рыбак умер в Париже в 1935 году. Спустя тридцать лет после его смерти коллекция его произведений была перевезена в Израиль, где в 1962 году был создан музей его имени.
Иссахар-Бер Рыбак. Иллюстрации к книге Мириам Марголиной «Сказочки для детей»
Последовательное перечисление произведений И.-Б. Рыбака – «Старая синагога», «Накануне погрома», «Точильщик», «Лошади», «Сапожник», «Деревенские музыканты», «Штетл»; «Еврейские типы Украины» (1924), «Тени прошлого» (1932); цикл «На еврейских полях Украины» (1926), серия терракотовых статуэток «Хасидский танец», «СимхатТора» и «Народная пляска» – свидетельствуют об интересе художника к жанровым сценкам, связанным с еврейским бытом местечка черты оседлости. Впрочем, произведения ИссахараБера Рыбака, в отличие от Марка Шагала, отличались отсутствием если не сентиментальности, то лиричной поэтизации впечатлений и воспоминаний. В книжной графике особенно заметно влияние экспрессионизма, со свой
Иссахар-Бер Рыбак. Иллюстрация к книге Мириам Марголиной «Сказочки для детей» ственной этому стилю ломаной, резкой линией, плоскостными решениями форм, использованием рваных черных пятен в качестве средства усиления изобразительного эффекта. Отличительной чертой книжной графики художника, в частности, в обложках к идишистским журналам «Ди ройте велт», «Ойфганг» и «Эйгнс», является сочетание черного, серо-белого и красного цветов, а также применение букв еврейского алфавита в качестве не только информационного, но и декоративного элемента, усиливающего «нарядность» рисунка (обложка к альманаху «Эйгнс»). Эта черта отличала творчество большинства еврейских художников эпохи И.-Б. Рыбака. Монохромные иллюстрации к книге Мириам Марголиной «Сказочки для детей» (1922) созданы в ранний период творчества увлеченного экспрессионизмом художниИссахар-Бер Рыбак. Обложка к журналу «Ди ка. Увлечение примитивом, свойройте велт» («Красный мир») ственное художникам Парижской школы, а также русскому авангарду, в творчестве Иссахара-Бер Рыбака приобрело необычайно выразительные черты, поскольку он вдохновлялся образцами народного искусства еврейского местечка. Произведения художника хранятся в Музее искусства (Тель-Авив, Израиль), в Музее И. Рыбака (Бет-Рибак в Бат-Яме, Израиль), в Национальном художественном музее (Киев, Украина), в отделе фондов иудаики Национальной библиотеки Украины им. В. И. Вернадского (Киев, Украина), а также в американских, израильских и европейских частных собраниях.
Литература Казовский Г. Художники Культур-лиги. – М.: Мосты культуры, 2003. Культур-лига: художественный авангард 1910–1920-х гг.: альбомкаталог / сост. Гиллель Казовский.– К.: Дух и Литера, 2007.
3. Краткая еврейская энциклопедия [Электронный ресурс]: / статья Рыбак Иссахар Бер – http://www.eleven.co.il/article/13629 4. Казовский Г. Штетл в творчестве еврейских художников между двумя мировыми войнами. – http://www.judaica.kiev.ua/Eg_12/Eg12-16. htm Приложение: 1. Манифест Культур-лиги. – http://www.izrus.com/tag/manifest 1. 2.
Этот материал — часть книги «Еврейская культура в образах, символах и произведениях искусства». Смотрите также другие пособия антологии.